read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Я знаю ее фамилию, — вдруг произнесла Анна. Мишель удивленно вскинул на нее глаза. Анна?.. Откуда?!
— Знаю!.. — твердо повторила Анна. — Фамилия ее будет Фирфанцева!
Глава XV
Вот это да!..
Вот это камень!..
Коли такой государыне-императрице Елизавете Петровне поднести, так его одного хватит, дабы великую радость ей доставить. А кроме него, боле ничего и не надобно и хоть теперь домой возвертайся!
Стоит Яков, на алмаз величины необыкновенной любуется, взор от него отвесть не может! Подле него купец Никола глаза таращит. И он такого чуда не видывал, хоть, почитай, полмира с товарами объехал и всяких разностей повидал!
Сколь же камень сей стоить может? — думает, рот раскрыв, купец. — Сколь здесь... А сколь в России-матушке, как его туда, пред очи государыни, доставить?.. А сколь в Германии или Ишпании?..
Аи да товар — всем товарам товар! Раз продал — и хоть на печку полезай да всю-то жизнь безбедно живи — пей, гуляй, а все одно всего не изживешь, как ни старайся, — и внукам, и правнукам останется! И где только хитрый еврей Юсуф такой раздобыл, не иначе у индусов, шельма, сменял?!
Держит Юсуф на ладони раскрытой алмаз великий, пред глазами вертит, сиянием ех о любуясь, да перстами обнимает, будто выпустить из рук своих его не желает. А может, итак!
Но нет — вздохнул тяжеленько да передал его Якову.
Тот руки навстречу алмазу протянул да принял его бережно, будто раздавить боясь. Тежелехонек камень-то! Да чудо как хорош! Обточить такой, да огранить, да отшлифовать, пусть даже на четверть тем уменьшив, а все одно — более его во всем мире не сыскать!
— Сколь же камень сей стоит? — спросил Яков.
— Много не запрошу, — пообещал Юсуф. — Отдам, за сколько самому достался! Разве только чуть сверху набавлю, на лепешки кукурузные, от милости вашей себе испросив!
Да тут же и цену назвал.
Яков аж крякнул.
И Никола тоже.
Дорого просит еврей Юсуф за самоцвет — да только тот того стоит! Он большего стоит!
Перечел Яков в уме, сколь у него денег останется, коли алмаз сей великий, не торгуясь, купить, как царица отцу его Карлу наказывала, а тот ему... А ведь почти и не останется ничего — крохи, только-только домой возвернуться! Да только с таким подарком и вернуться не зазорно, он тыщи иных стоит!
— Беру, коли половину скинешь!
Не сдержался-таки Яков, нарушил наказ государыни, о совете купца Николы вспомнив.
— Ах! — схватился за голову Юсуф, выдирая из нее волосы клоками и разбрасывая их по ветру. — Все только и делают, что на бедном еврее наживаются, беды ему желая! И зачем я родился на свет такой несчастный?.. Бог свидетель, я и так себе в убыток торгую, а вы меня и вовсе разорить желаете, да по миру с котомкой пустить! Злодеи, ей-ей злодеи!.. Но коли так — полчетверти уступлю.
— Треть, боле не дам! Слово мое крепкое! — рубанул Яков, хоть более всего боялся, что Юсуф ему счас возьмет да откажет! И верно!..
— Чтоб язык твой отсох, такое говорить! Треть!! Да пускай живьем меня в могилу зароют, коли я на столь бессовестную цену соглашусь! Пусть дети мои и внуки, и мама моя покойная — все от меня отвернутся и трижды меня проклянут, ежели я уступлю еще хоть дирхем! Ну, ладно уж — четверть!
— Четверть так четверть!.. — обрадовался Яков. — Пусть будет так!
Ударили по рукам, при чем купец Никола присутствовал и чему свидетелем был, и коли теперь покупатель али продавец пожелают сделку расстроить, он в суде супротив обидчика говорить станет, на него указуя. Теперича уж ходу назад нет! То-то батюшка обрадуется!..
— Дай-ка еще разок на камень взглянуть, — попросил Яков, прежде как купчую составлять да деньги считать.
Взял алмаз в руку да, неловко оступившись, не удержал, уронил наземь! Вздрогнул с испугу, потом холодным покрывшись, да тут же чуть не рассмеялся. Нечего бояться — не разбить алмаз, крепче любого камня он и железа!
Звякнул алмаз о камень-булыгу, отскочил, покатился.
Яков на коленки встал, нашарил его да поднял. Поднял — да посмотрел. Посмотрел — да обмер! Обмер — да перекрестился!..
На алмазе-то трещинка появилась! Махонькая, с волосок, может быть, но трещинка все ж! Как так может быть?..
Глянул Яков на Юсуфа, а тот на него! И оба — на алмаз! Побледнел Юсуф, мигнул испуганно да закричал дурным голосом:
— Ай боже мой, злодеи-воры-душегубы, обманули-таки бедного несчастного еврея, обвели его вокруг пальца! Ай-ай!! — Да, встав близко к стенке, стал о нее головой колотиться, в кровь лоб расшибая. — Кому ныне верить?! Я за камень последнее отдал, рубаху исподнюю сняв, а выходит, это просто стекляшка!..
Никола стоит, глазами хлопает, ничего понять не может.
— Да ведь не алмаз то, — поясняет Яков. — Всего-то камень горный, что хрусталем зовется! С него брильянт тот точили, да ладно так, что сразу не усмотришь!
Неужто так? А коли просто смотреть — не отличишь! Глянул Никола зло, бороду распуша, сжат кулаки, что по полпуда каждый, да и бросился на Юсуфа.
— Задавлю-у Иуду, Христа продавшего!..
— Не ведал я, что творю, богом клянусь! — завизжал, запричитал Юсуф, на коленки бухаясь. — Не знал про стекляшку, думал — алмаз то, как вам его торговал. Вот те крест! — И крестом себя осеняет!
Плюнул Никола на Юсуфа с досады, да, повернувшись, вон пошел.
А тот, с коленок привстав да дух переведя, вослед выскочил да кричит:
— А как же с камнем-то теперь быть?
— Что с камнем? — не понял Яков.
— Камень-то ныне попорчен, вон трещина на нем!
— А нам-то что с того? — грозно спросил Никола.
— Да как же?.. На кого убыток отнесть? Убыток покрыть надобно! Пожалейте бедного еврея... двадцать дней росинки маковой...
— Ах ты вор, лиходей!.. Убыток, говоришь?!
Выхватил Никола камень, да, размахнувшись, швырнул его, что силушки было, на булыжник, отчего тот в прах рассыпался, так что стеклышки во все стороны брызнули. На томторг и кончился!..
Такая вот беда с Яковом чуть не приключилась.
Да только разве то беда была?.. Настоящая-то беда на порог-то еще не взошла, хоть уж совсем рядышком ходила, в окошки заглядывала да, на цыпочки привставая, Якова высматривала!..
Глава XVI
Архивариус была та самая — молоденькая, фигуристая, обаятельная и в очках. Но главное — не вид, главное — ощущения...
Мишель-Герхард фон Штольц был готов хоть сейчас биться об заклад, что средь ее предков были аристократы — бароны, князья, графы, в крайнем случае советские наркомы или товарищи-министры, а одна из прабабушек обязательно состояла фрейлиной какого-нибудь двора. Голубую кровь, сколь ни разбавляй ее пролетарской, так просто из жилне вытравить.
Архивариус была прелестна, но речи ее были ужасны:
— К сожалению, это все, что я могла найти по рентерее, — казенным тоном посочувствовала она. — Больше в нашем архиве ничего нет.
— А где тогда есть? — растерянно спросил Мишель-Герхард фон Штольц.
— Не знаю, может быть, в других архивах... — отмахнулась от него прелестная архивариус с кровями прадедушек-графов и прабабушек-фрейлин. — Кто следующий?
— Следующий — я! — категорично заявил Мишель-Герхард фон Штольц, так как не привык, чтобы ему отказывали прелестные дамы. — Я хочу быть следующим в вашей жизни!
Архивариус испуганно взглянула на него поверх очков, густо покраснев.
— Но у нас все равно ничего нет по рентерее, — сдавленно прошептала она, виновато глядя на посетителя. Которого давно уж заприметила. Потому что нельзя не заприметить ослепительно белый костюм, ослепительно белые туфли и ослепительно белую улыбку на фоне серо-черных, вытертых на локтях, пиджаков прочих неулыбчивых посетителей.
— Да и бог с ней, с этой рентереей, чего она вам далась! — широко улыбнулся Мишель-Герхард фон Штольц. Притом отпихиваясь рукой от напирающего на него «следующего», на которого с опаской косилась архивариус.
— Молодой человек, вы будете, наконец, что-нибудь брать? — напористо вопрошал тот.
— Буду, — кивнул Мишель. — Вот эту милую даму! Дама зарделась еще больше, хоть, кажется, больше было некуда.
— Молодой человек, если вы желаете пофлиртовать, то ступайте куда-нибудь в городской транспорт или, как ныне говорят, — на тусовку! — нравоучительно сказал ему «следующий». — А здесь госучреждение, где люди занимаются делом. Перестаньте отвлекать ответработников от исполнения ими прямых их обязанностей.
И, обращаясь к архивариусу, спросил:
— Светлана Анатольевна, я заказывал материалы по скифским раскопкам...
Такого, да еще при даме, фон Штольц спустить не мог. Отчего не преминул тут же ответить:
— А вы, товарищ, если желаете узнать про скифов, то езжайте в степи, курганы лопатой копать, а не ройте здесь то, что другие для вас в поле накопали!
— Молодой человек!.. — ошарашенно ахнул «следующий».
— Как вы можете?! — вскричала архивариус, бледнея поверх выступившей на щеках краски.
— А ты — помолчи, пожалуйста! — одернул ее «следующий».
Чего Мишель-Герхард фон Штольц уж точно снести не мог!
— Как вы смеете разговаривать с дамой на «ты»? — возмутился он. — Тем более с ответработником, в госучреждении, при исполнении им служебных обязанностей! Тем более с ответработником столь неземной красоты!
При этих словах у архивариуса на лице, поверх бледности, выступившей на румянце, снова пошли красные пятна, на этот раз гнева.
— Да Михаил Львович всю жизнь в поле! — вскричала она. — Да он пятнадцать курганов раскопал! Его весь научный мир знает!..
— А отчего же он обращается к вам на «ты»? — стушевался Мишель-Герхард фон Штольц.
— Потому что он мой преподаватель. Любимый! — выкрикнула архивариус. — И еще дедушка! Родной!.. А вы!.. Его!.. И меня!.. Нас!..
Академик?.. И дедушка?.. И еще курганы копал?.. Оп-пачки! А ведь как все хорошо начиналось, — подумал Мишель-Герхард фон Штольц.
И, повинно склонив голову, сказал:
— В таком случае готов искупить свою вину кровью и потом. Хоть даже немедля срыть до основания сто курганов.
— Их и без вас уж срыли, — недовольно пробурчал академик. — Такие же, как вы, варвары.
— Тогда мне ничего не остается, как дать вам удовлетворение посредством любого избранного вами оружия, — сказал Мишель. — Ибо по правилам дуэли оружие выбирает оскорбленная сторона.
И стал терпеливо ждать своей участи.
— Ну хорошо же! — угрожающе сказал академик. — Тогда я выбираю...
Вряд ли эспадроны или дуэльные пистолеты, — подумал Мишель. — Скорее всего милицейские дубинки, которыми его отходят доблестные защитники правопорядка, утащив вближайшее отделение милиции.
Но академик избрал более экзотическое оружие.
— В таком случае я выбираю... папки. Дас-с... папки! Вот что, молодой человек, возьмите-ка эти вот папки и несите их за мной в читальный зал на второй этаж. А там — посмотрим...
Мишель-Герхард фон Штольц глянул на привезенные на тележке стопки папок, что на вид тянули тонны на полторы, и в который раз пожурил себя за невоздержанность на язык.
— Ну что же вы?.. Или вы лишь флиртовать горазды? Мишель вздохнул и, взвалив на себя папки, виновато поплелся за академиком. Ну и угораздило же его...
А ведь — и угораздило!
Глава XVII
Дверь распахнулась. Но будто бы и не распахивалась вовсе.
На пороге, заслоняя собой проем, возникло нечто.
— Ага, вот вы где, сударь, притаились! — зарокотал голос.
— Валериан Христофорович! — воскликнул обрадованный Мишель. — Какими судьбами?
— Не глупой бабой-судьбой ниспослан я, но лишь желанием своим и обстоятельствами неотложного дела, — продекламировал старый сыщик, протискиваясь в комнату. Был он не в шубе, да как в ней быть, коли на дворе лето. Был он в необъятных размеров гимнастерке и такой же кожаной куртке. К тому же на боку у него болталась, стуча о бедро, деревянная кобура.
— Валериан Христофорович! — ахнул Мишель. — Как же так?.. Вы же сами высмеивали новую пролетарскую моду.
— Да-с, был грешен! — ничуть не смутившись, кивнул Валериан Христофорович. — До недавнего времени являл собой ярого приверженца буржуазной моды — любил, знаете, богатые шубы, манишки и хорошо пошитые сюртуки. Но после того как дважды был опознан и бит на улице случайными пролетариями за принадлежность к классу угнетателей, решил сменить свой гардероб. Вот, полюбуйтесь.
И Валериан Христофорович покрутился на месте, демонстрируя свой наряд.
— Покрой, конечно, препоганейший, сукно — дрянь, пошив — гаже не придумать, зато сия отличительная униформа автоматически причисляет меня к лику пролетариев и пролетарок, ограждая бренное тело от множества грозящих ему со всех сторон напастей. Да-с!.. Я, знаете ли, милостивый государь, и сморкаться научился через пальцы, — заговорщически сообщил старый сыщик. — Претруднейшая, доложу вам, наука, в коей я премного преуспел! Желаете, прямо теперь продемонстрирую?
— Нет уж, увольте! — запротестовал, замахал руками Мишель.
— Жаль, жаль, — искренне расстроился Валериан Христофорович. — Я ныне содержимое собственного носа, именуемое насморк, способен за два метра посылать, попадая точнехонько на носки чужих башмаков, что особо ценится в среде теперешних высших сословий.
Мишель, не сдержавшись, улыбнулся.
— И вовсе не нахожу в том ничего забавного! — в сердцах воскликнул Валериан Христофорович. — Сей вновь приобретенный навык есть крайне полезная, можно сказать, спасительная привычка, в чем я имел несчастье убедиться. Не единожды, будучи остановлен красноармейскими патрулями по подозрению в причастности к контрреволюции, я был отпущен подобру-поздорову потому лишь, что смог виртуозно обрызгать их обувку, помянув недобрым словом их матушек. Да-с, очень рекомендую-с!..
— Вы для того ко мне пришли, чтобы рекомендовать приобрести новые полезные привычки? — от души хохотал Мишель.
— Увы-с, — вздохнул Валериан Христофорович. — Помимо желания увидеть старого боевого товарища, влекло меня чувство долга. Вот-с — полюбопытствуйте. — И Валериан Христофорович выложил что-то на стол. Что-то, завернутое в большой платок. Вытащил и развернул.
В глаза ударил блеск золота и алмазов.
— Что это? — удивился Мишель.
— Это, извольте видеть, — «цацки», — на хитрованском жаргоне сказал старый сыщик.
Но при чем здесь он, Мишель? Или они представляют какую-то художественную ценность?
Мишель потянулся было к горе золота, но Валериан Христофорович опередил его.
— Хочу, милостивый государь, обратить ваше внимание на одну интересную деталь, — сказал он, ловко извлекая из груды украшений одно — платиновое колье. — Вот-с...
Но позвольте!..
Это было не просто колье, а то самое колье — в форме восьмиконечного многогранника, с четырьмя крупными камнями по краям и одним в центре...
Мишель враз перестал смеяться, нахмурившись.
— Но... откуда оно у вас?
— Не далее как сегодня ночью взято при облаве на фартовых ребят в хитрованских трущобах.
Опять на Хитровке?! Тоже самое колье?!
Но как же так, коли они его уже изымали, на той же Хитровке, у Федьки Сыча, препроводив изъятое в финчасть Чрезкомэкспорта?
— А это, часом, не подделка? — не веря сам себе, спросил Мишель.
— Вполне может быть, — согласно кивнул Валериан Христофорович. — Но только, позвольте вас спросить, зачем, подделывая драгоценное колье, подделывать след от пули, посредством которой вас, насколько я помню, пытались убить?
Вот, обратите внимание на эту вмятину в оправе.
Да, верно — была вмятина, глубокая, еще не потускневшая, каплеобразная борозда, меж вторым и третьим камнями.
— Позвольте вас спросить, разве оттого, что его попортить, цена украшения вырастет?
— Упадет, — обреченно кивнул Мишель.
— Вот-с и я так считаю. Считаю, что это не подделка, а то самое, настоящее, колье.
— Но как оно вновь могло оказаться на Хитровке?
— А вот сие я хотел бы знать! Причем не менее вашего! — ответил Валериан Христофорович. — Хотел бы знать, каким образом колье, за обретение коего вы, да и я тоже, чуть жизнями не поплатились, вновь оказалось там, откуда мы его с вами с таким превеликим трудом изъяли! Доподлинно сказать не могу, но сдается мне, что драгоценность сию вернул обратно на Хитровку человек, коему, по занимаемому положению, надлежит хранить его пуще глаза своего.
Да-с!..
Глава XVIII
Полгода уж, как Яков в Персии, а все не может найти, чего надобно. Все базары обошел, все лавки — алмазы купил, рубины, сапфиры, жемчуга и иные камни самоцветные, но нет средь них ничего такого, чем можно было бы удивить да порадовать государыню-императрицу. Хороши камни, спору нет, — да обычны! Потому как все самые удивительные самоцветы, что в Персию из Индии да Китая попадают, торговцы первым делом в шахскую сокровищницу несут, а буде кто из них ослушается да отдаст камень на сторону, преждечем оценщикам шахским покажет, то его и покупателя камня того поймают и мучительной смерти предадут другим в назидание.
Как при том сокровища рентереи царской преумножить? Загрустил Яков да обратился с бедой своей к послу, князю Григорию Алексеевичу Голицыну, что хоть и был ему не ровня, да привечал, помня, что Якова в Персию сама государыня снарядила!
— Не могу, — сказал, — того, за чем матушкой-государыней Елизаветой Петровной послан, сыскать...
— И не сможешь, — кивнул Голицын. — Надир Кули Хан мудр да хитер как лис — желает он, дабы все каменья чудесные да диковинки разные в его сокровищнице хранились, через что станет он богаче иных правителей уж не только на Востоке, но и в Европе тоже! А имеющий злато — да получит себе весь мир!
Оттого, верно, он Индию воевать стал, предав огню и мечу, что прознал о богатствах тамошних магараджей. И ныне богатства те здесь хранятся.
— Где ж сокровищница та? Хоть бы глазком одним глянуть!
— Кто на них взглянет, тот без очей останется, а то и без головы. Сокровищница во дворце, где гарем шахский пребывает, дабы быть там под неусыпной охраной и дабы жены шахские могли, украшения меняя, услаждать ими взор властителя своего. Постороннему ни в сокровищницу, ни даже в сам дворец хода под страхом смерти нет!
Совсем опечалился Яков. Да князь Григорий Алексеевич его утешил, надежду дав.
— Трудно сие, но коли надо то самой государыне-императрице Елизавете Петровне, то можно похлопотать, чтоб запустили нас в сокровищницу, на камни самоцветные глянуть да выбрать те, коими царицу российскую ублажить. Уж больно теперь персам нужен с нами вечный мир, чтобы другие народы воевать! Не велик шанс — но есть!
— Что ж, неужто к самому шаху надобно идти? — подивился и устрашился Яков.
— К шаху не пойти, шах высоко сидит, докуда нам не достать. Здесь иные ходы искать надобно, да не простые, а с вывертом!
Как сие понять?..
— Вот коли евнуха главного, Джафар-Сефи, что за гаремом шахским приглядывает, умаслить да в союзники склонить, то, может, что с того и выйдет?
— Евнуха? Да разве евнух что может? — подивился Яков.
— Эх! — ухмыльнулся князь Григорий Алексеевич. — Сей политики вам по молодости вашей не понять! При восточных дворцах, да и иных тоже, все-то не через господ, а через слуг их делается, кои к правителям допущены да накоротке с ними общаются. Сей окольный путь ближе самого прямого!
А евнух — то случай особый. Он хоть гордости мужской лишен, да через то власти поболе иных визирей имеет, так как доверено ему главное богатство шахское — жены его, а с ними и сокровищница, что в женском дворце хоронится! Евнух — он самый первый советчик шаху, ибо советы свои не сам говорит, а в уста наложниц и жен его любимых вкладывает, кои их, меж утех телесных, властителю своему внушают. Понял ли?
Какие понять!..
— Помогите, Григорий Алексеевич Христа за ради!
— Помогу, отчего не помочь, коли, в Петербург вернувшись, скажешь государыне нашей о хлопотах моих!
— Скажу, Григорий Алексеевич, как есть все скажу — истинный крест! — пообещал Яков да перекрестился.
— Ну ладно, коли так! Не тебя ради, но государыни императрицы Елизаветы Петровны и славы Руси, — наставительно сказал князь. — Имеются у меня люди нужные, что могут ныне свесть с Джафар-Сефи. Только с пустыми руками к тому не сунешься, надобно подарки дорогие нести да обещать твердо, что часть самоцветов, Елизавете Петровне назначенных, ему достанется, тогда только он, может, и согласится.



Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.