read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Я был о вас лучшего мнения, Фарел, — сухо произнес Сигмон. — Подумайте, в какое положение вы ставите хозяйку дома. Если что-то случится во время приема, это, конечно, скажется на репутации Эветты. Едва ли после этого она будет вам благоволить.
Светловолосый Верони поджал узкие губы и что-то тихо буркнул себе под нос.
— А вы, Лавен, — повысил голос граф, — зачем вы явились сюда тайком, под покровом ночи, как наемный убийца?
— Я не убийца! — рявкнул Летто. — Это дело чести!
— Чести? — ухмыльнулся Сигмон. — О ней вы расскажете королевским дознавателям, если неподалеку найдут покойника с дырой в груди от вашего клинка. Тайное убийство, вот что скажут вам в ответ дознаватели.
Лавен выругался, грубо, как рыночный торгаш, и выхватил свой узкий клинок. Лунный свет скользнул по лезвию, обращая сталь в живую молнию.
— Убирайтесь, — приказал Летто. — Это не ваше дело, и не лезьте в него, проклятый шпик! А не то…
— Не то — что? — переспросил Сигмон, борясь с желанием отобрать у юнца дорогую игрушку и забросить ее в реку. Вместе с владельцем.
— Не то ваша прогулка может окончиться, так и не начавшись, — процедил Верони и тоже обнажил клинок.
Сигмон смотрел на двух пареньков, стоявших напротив и грозивших ему клинками, годными протыкать лишь атлас и бархат. Ему не нужно было обнажать свой меч, забравший души сотни упырей. Он справился бы с ними играючи, одной правой рукой, с которой он никогда не снимал перчатку. Двое забияк с игрушками, дети, не видевшие в жизни ничего страшнее похорон престарелого дядюшки. Это было бы смешно, если бы это не было так грустно.
— Ну что вы, господа, — выдавил Сигмон, чувствуя, как пылают от гнева щеки. — Зачем же сразу так…
— Ну, — Летто топнул ногой и вскинул клинок.
Ла Тойя торопливо отступил назад, чуть подогнул ногу, вскрикнул и повалился на спину, размахивая руками.
Здоровяк Лавен удивленно вытаращил глаза, расхохотался и опустил клинок. Верони криво улыбнулся, потом прыснул в кулак, совсем как ребенок, и тоже засмеялся.
Сигмон лежал на спине и испуганно таращился на дуэлянтов. А те смеялись хором — заливисто и громко, как умеют смеяться только те, кто еще помнит детство.
— Умора, — выдавил Лавен, — а сам-то…
— Грубиян повержен, — объявил Верони, возвращая клинок в ножны. — Пойдемте отсюда, господин Летто, здесь слишком сильно пахнет деревней. Вечер испорчен, так попробуем наверстать упущенное в танцевальном зале.
— И то, — согласился Лавен. — Чего уж теперь. А в следующий раз для нашего разговора подберем более подходящую компанию.
— Вы правы, — согласился Фарел. — Двух или трех добрых друзей, перед которыми не стыдно обнажить клинки.
— О да! Это вы точно сказали, Верони, — добрых друзей.
— Так идемте прочь, оставим этого хама наедине с самим собой. Нас ждет прекрасная Эветта!
Раскинув руки, Сигмон лежал на спине, смотрел в звездное небо и слушал, как удаляются голоса несостоявшихся дуэлянтов. Зверь внутри его, уже усмиренный и закованный в цепи рассудка, вяло ворочался, тихо жалуясь на то, что нынче ему не дали воли. Он подсказывал, что в уходящих больше не было гнева и злости — все потрачено на случайного свидетеля стычки. Сегодня Верони и Летто уже не схлестнутся — это Сигмон знал точно. И гордился собой: он удержал кровожадного зверя на цепи, выполнил просьбу Эрмина, сохранил свой образ неотесанного деревенского увальня. И сделал это просто — всего лишь упав на спину.
— Попрошу выплатить мне ставку королевского шута, — мрачно произнес он вслух. — Двойную. И вперед за полгода.
Застонав, он приподнялся и сел. Вытирая холодный пот со лба, Сигмон заметил, что руки дрожат. Как тяжело было сдержаться. Немыслимо тяжело притворяться шутом тому, кто заслужил прозвище Мясник Дарелена.
Крохотный комочек из перьев упал с ночного неба прямо на плечо Сигмону. Возмущенно зачирикал, запрыгал по плечу и от полноты чувств расплескал свое негодование по рукаву черного бархатного камзола.
— Двойную плату за полгода вперед и визит к королевскому портному, — сухо сообщил Сигмон воробью.
Потом он вскочил на ноги, быстро и легко, как разбуженная кошка, и бесшумно растворился в темноте сада — Эрмин Де Грилл желал видеть своего подчиненного. Немедленно.* * *
Из распахнутого настежь окна тянуло холодом и сыростью. Осенняя ночь пыталась забраться в комнату, но жарко пылающий камин успешно теснил ее прочь, оставляя на поле битвы лишь легкую прохладу.
Корд Демистон откинулся на спинку стула, заложил руки за голову и потянулся, разминая затекшие плечи. Огромный письменный стол стоял рядом с камином, и капитану городской стражи Рива было тепло и уютно. От тепла клонило в сон, и потому Корд не закрывал окна — ночная прохлада освежала, не позволяла впасть в блаженную дрему.
Выпрямившись на скрипучем стуле, капитан потер ладонями лицо и с ненавистью глянул на груду бумаг на столе. Предписания, указания, распоряжения, доклады, доносы, счета от кузнецов… Как хорошо было в Ташаме! Савен вызывал капитана, устраивал ему разнос, а после простым человеческим языком объяснял, что требуется от стражи. И ночная смена обычно заключалась в том, что Корд гулял по ночному городу, проверяя караулы и наслаждаясь свежим ночным воздухом. А не перекладывал бумажки с места на место в душной комнате.
Демистон поднялся и вышел из-за стола. Огромная комната, которую величали кабинетом, вовсе не была пустой. Около двери стояли два письменных стола адъютантов, за ними, у камина, расположился стол капитана. Вдоль стен тянулись бесконечные ряды шкафов со стеклянными дверцами, битком набитые старыми приказами, описаниями преступников и громких дел, картами центрального района, счетами из казначейства и прочей бумажной рухлядью, за которую раньше Корд не дал бы и ломаного гроша. А еще — высились платяные шкафы, дубовые ящики, больше напоминавшие хранилища гномьего банка. В них прятались праздничные мундиры офицеров отделения, парадное оружие, флаги и форменные перевязи рядового состава. Адъютанты должны были содержать все это в идеальном порядке, и когда они устраивали день большой уборки, капитан в отчаянье убегал в город проверять патрули.
Гулко бухая сапогами по начищенным до блеска половицам, Корд вышел на середину комнаты. На полу лежала новая ковровая дорожка мутного зеленого цвета, навевавшего воспоминания о зацветшем пруде. Она вела от двери к противоположной стене, прямо к окну, пересекая всю огромную комнату, занимавшую почти весь второй этаж дозорной башни. Капитан осторожно попробовал ногой дорожку — словно боялся, что она окажется живой. Дежурка с коврами, кто бы мог подумать. Потом он решительно ступил на нее и подошел к окну — теперь бесшумно, не царапая подковами сапог начищенный пол.
Взявшись обеими руками за подоконник, капитан по пояс высунулся из окна, подставив лицо холодному ночному ветру. Перед ним раскинулся город — огромный каменный лабиринт из домов, лавок, таверн, конюшен… Город был наполнен огнями. Где-то светились окна, горели факелы у входа в ночные таверны, недалеко пылал огнями королевский замок, что на новый лад все называли дворцом. На площади, раскинувшейся вокруг Башни Стражи, горели масляные фонари. Капитан опустил взгляд, рассматривая брусчатку внизу. Когда-то давно здесь стояла городская стена — первая из тех, что возвели вокруг замка, построенного Сеговарами. Но город рос и вскоре выплеснулся за стену. Вокруг замка теперь раскинулся старый город — Королевский квартал, где жила знать и самые искусные ремесленники. А стена отделяла его от быстро растущей столицы. Но вскоре места стало не хватать — его всегда не хватает, — и стену снесли. А башня осталась, превратившись из грозного военного сооружения в один из постов городской стражи. Она торчала посреди пустой площади, словно угрожающая дубина, напоминая нерадивым горожанам, что ее маленькая копия однажды может пройтись по их плечам и головам. В целях поддержания порядка и закона.
— Да, — тихо произнес Корд, — это не Ташам.
Здесь у него не было нужды проверять караулы. У него в подчинении сотня людей, следящих за порядком в центральной части старого города. Караулы проверяют два полусотенных, зовущихся тут на новый лад лейтенантами. А у них еще есть по два десятника, именующихся сержантами. А у тех — еще по личному вестовому-капралу. Порой Демистону казалось, что в страже Рива больше начальства, чем подчиненных, и это его несказанно удручало. Он уже не мог контролировать всех, не мог лично следить за исполнением приказов и вникать в каждое распоряжение. С другой стороны, всегда есть на кого свалить бумажную работу — например, на личного адъютанта, что в данную минуту дремлет на первом этаже, среди личного состава ночной смены. А есть еще Горан — второй капитан, с которым Корд делит этот кабинет. Он всегда дежурит днем — так они договорились — и больше занимается тем, что разбирается с подозрительными личностями, злоумышляющими против короля. Работу два капитана делают вместе, но Корд терпеть немог подобные дела, ему проще общаться с душегубами и конокрадами, чем с языкатыми пустомелями, отпустившими слишком смелую шуточку в неудачной компании. Впрочем, ис душегубами капитан нынче общался редко — для этого есть лейтенанты. А до капитана Корда Демистона дело доходит, только если в нем замешана знать. Но такое случается редко, обычно эти напыщенные болваны предпочитают решать дела тихо, промеж собой, не вмешивая стражу.
Демистон оттолкнулся от подоконника, развернулся и подошел к столу. Одернув тяжелую кожаную куртку, накинутую поверх темно-синего форменного камзола стражи, он вновь сел за стол. Вытащил из груды бумаг счет за прачечную и глубоко задумался над ним, пытаясь вспомнить, сколько форменных рубах и бриджей отправляли в стирку на прошлой неделе и почему их количество не совпадает. Неужели кто-то из прачек позарился на штаны стражника? Быть того не может…
С великим раздражением капитан швырнул бумагу обратно на стол и покосился на огромные гномьи часы, стоявшие на камине. Те тихо щелкали, отсчитывая время до конца дежурства. Уже утро. Скоро начнет светать. А Корд не разобрался и с половиной дел, намеченных на сегодня. И глаза отчаянно слипаются, днем опять не удастся выспаться, потому что надо хотя бы в этот раз прибраться в доме, заросшем всяким хламом.
За стеной гулко забухали сапоги, и Демистон вскинулся, пытаясь разлепить заспанные глаза. Кто-то поднимался по лестнице. Капитан встал, привычным движением передвинув саблю на поясе поближе к руке. От этой привычки его не смогла отучить даже спокойная жизнь в столичной страже.
Тяжелая дубовая дверь распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся паренек лет шестнадцати в легкой синей куртке вестового стражи. Корд убрал ладонь с рукояти сабли — лицо паренька было знакомым. Павер? Правес? Кажется, он придан караулу площади, что дежурит недалеко от стен королевского замка.
— Капитан, — выдохнул парень, хватаясь за косяк. — Лейтенант Зимер велел передать… Велел…
— Да тише ты, — буркнул Корд. — Отдышись сначала.
Парень с облечением прижался спиной к косяку, расслабился и сделал пару глубоких вдохов. Потом выпрямился, сложил руки по швам — как его учили сержанты, сопровождая, несомненно, свою науку оплеухами.
— Капитан Демистон, — звонко произнес вестовой. — Лейтенант Зимер докладывает о происшествии! В особняке Броков после званного приема найден труп, опознанный гостями как Лавен Летто, сын лорда Летто. Лейтенант Зимер сообщает, что обстоятельства дела позволяют предположить, что смерть была насильственной, свидетелей нет.
— Лавен? — Корд от неожиданности выпрямился, нашаривая саблю. — А кто-то из Верони там был поблизости?
— Не могу знать! — бодро отрапортовал вестовой.
Корд нахмурился. Конечно, откуда пацану знать — он всего лишь повторил то, что ему велели. Проклятье! Один из Летто мертв, и наверняка младший Верони околачивался на том же приеме. А ведь Де Грилл предупреждал, что за этой парочкой нужно присматривать особо. Де Грилл… ох, и расстроится наш славный Птах. А ведь придется ему докладывать. И чем скорее, тем лучше — промедление в делах советник считает одним из страшнейших грехов.
Капитан поправил пояс, снял с вешалки у камина тяжелый кожаный плащ, что уже успел высохнуть, накинул на плечи. Обернулся к двери и наткнулся на вестового, преданно поедающего глазами начальство.
— Ты что тут? — буркнул капитан. — Свободен. Марш в караулку отогреваться!
— Есть! — отозвался паренек с затаенным предвкушением утреннего сна.
Выслушав дробный топот его сапог по ступенькам, капитан обернулся и оглядел кабинет. Нет. Ничего не будет он здесь трогать. Дело срочное. Надо идти.
Демистон вышел на площадку и аккуратно запер дверь кабинета. Спрятал ключ в карман камзола — у второго капитана есть свой собственный — и начал медленно спускаться по узкой деревянной лестнице, ведущей на первый этаж башни. Ночь для него только начиналась. И она обещала быть долгой.* * *
Серая лента Королевского тракта уходила вдаль. Прямая как стрела, она указывала на дальние восточные леса, раскинувшиеся на горизонте. Небо над ними уже светлело, плавя темноту ночи в бурые утренние сумерки. Скоро рассвет. Мрачный, дождливый рассвет поздней осени, который лучше встречать дома, у пылающего всю ночь камина, за кружкой хорошего горячего чая. Но Сигмон встречал его в седле, промокший и замерзший, отчаянно надеявшийся, что взошедшее солнце хоть немного разгонит тьму и сырость. Он мчался в рассвет — к восточным границам Ривастана, туда, где равнины примыкают к Северным горам и плавно переходят в Тарим. Хорошо бы взять южнее — туда, где нетгор, а есть только равнины, затянутые вековыми лесами. Но ему нужно на север — там, через перевалы, кратчайшая дорога в Тарим, ведущая напрямую к столице горного королевства. К счастью, ему не нужно в Тарим. Кортеж уже на землях Ривастана, и потому следует спешить — гнать что есть сил, не жалея ни себя, ни черного как смоль коня.
Его Сигмон выбрал сам. В королевские конюшни он даже не стал заглядывать, хотя получил разрешение взять любого, даже любимца Геордора — серого Великана. У короля были чудесные породистые скакуны, за большинство из которых многие ценители не пожалели бы правой руки. Но Ла Тойя к ценителям не относился. Ему была нужна не порода, а выносливость. Поэтому он сразу отправился к королевским гонцам, к вестовым, что разносили королевские указы по городам и весям. Когда-то он не смел и мечтать об этой работе — когда был простым курьером пехотного полка из Вента. Но теперь он сам мог отдавать им приказания. Обошлись без бумаг — от Де Грилла граф получил королевский медальон — золотую бляху на цепи, изукрашенную сапфирами с выгравированной подписью Сеговаров. Знак личного доверенного Сеговара, позволявший обладателю получать в собственность все, что ему потребуется в дороге.
На конюшне гонцов его встретили неласково, но Сигмон не обратил на это внимания. Быстро, но без лишней суеты он выбрал черного скакуна — сомнительных кровей, но выносливого и весьма злобного на вид. Подружились они сразу — Сигмону достаточно было заглянуть ему в глаза и чуть ослабить поводок зверя, таившегося внутри. Конь прижал уши, сделавшись похожим на кота, и стал тише воды. Сигмон сам оседлал его, не доверяя даже королевским конюхам, и без долгих разговоров отправился в путь.
Конь оказался выносливым, но Сигмону было его немного жаль, и он не заставлял скакуна выкладываться полностью. Секрет скорости курьеров не в том, чтобы бежать изо всех сил, а в том, что бежать надо расчетливо, двигаясь с постоянной скоростью, не рискуя упасть без сил где-нибудь на середине пути. Граф не собирался загонять скакуна, но до ближайшего большого города, где есть отделение королевской почты со своей конюшней, было довольно далеко. Сигмон рассчитывал добраться до Тира к середине дня и уже там сменить вороного на нового скакуна. Оставалось надеяться, что вороной на деле окажется таким же крепким и выносливым, каким выглядел со стороны. Выбор скакуна — важное дело, но сейчас Сигмона больше заботило иное — разговор с Де Гриллом, состоявшийся так неожиданно.
Ла Тойя давно работал на советника, но никогда еще не видел его таким озабоченным и измученным. Птах — как называли Де Грилла за глаза — словно постарел лет на десять. Его грызла какая-то забота, о которой он, конечно, не собирался рассказывать всем встречным. Но графу Ла Тойя он сказал достаточно.
Услышав, что ему предстоит встретить будущую супругу короля, Сигмон удивился. Разумеется, он знал о грядущей свадьбе. Знал и о том, что принцесса Северных гор уже в пути и скоро прибудет в Ривастан. Но он никак не предполагал, что невеста короля Ривастана едет узкими горными дорогами всего с несколькими сопровождающими. Сигмону казалось, что это должен быть настоящий кортеж — десяток карет, сотня охраны, слуги, портные, повара, няньки… Де Грилл быстро развеял иллюзии графа. После неудачной попытки поддержать войну против Ривастана Тарим был сильно обеспокоен отношениями с большим соседом. Геордор же, как всякий разумный король, не собирался упускать выгодное положение. Тариму пришлось откупаться — и поставками руды и леса, и выгодными торговыми предложениями… Венцом всех договоренностей являлась невеста для монарха Ривастана. Геордор изъявил желание вступить в брак с особой северной королевской крови, и Тарим ухватился за это предложение, как за протянутую утопающему руку. Связать кровными узами два королевства — дело на редкость выгодное, особенно если смотреть чуть дальше завтрашнего дня. Правители горного королевства не собирались упускать такой удобный случай. Они быстро подобрали юную девицу — дочь сына короля, который сам со дня на день должен был взойти на трон вместо престарелого отца. Старика Гриенора уже никто всерьез не воспринимал — никто не знал, с какого перепуга ему стукнуло поучаствовать в войне, но после ее провала в Тариме стали поговаривать, что, может быть, и не стоит дожидаться смерти нынешнего монарха. Тот, по-видимому, сильно устал, и пора бы сыну взять на себя тяжелую ношу монаршего бремени. Сына уже открыто величали Ваше Величество, а его отпрысков — принцами и принцессами. Вот одну из его дочерей, Вэлланор, и сосватали Геордору. Восемнадцать лет, некрасавица, но весьма мила для девы суровых Северных гор, тихая, послушная, не склонная к романтическим приключениям. Говорят, она всегда была для отца разменной монетой, этакой запасной драгоценностью, которую можно выгодно выдать замуж за нужного человека. Вот и дождались — более удачной партии и не сыскать, — и «драгоценность» пошла в ход. Старшие сестры, дразнившие тихую Вэлланор, что к восемнадцати годам еще не обзавелась мужем, теперь кусали локти, представляя, как на макушку тихой Вэллы опускается королевская корона.
Ни Сигмон, ни Птах не питали иллюзий — девчонкой просто откупились. Ее продали, как продают породистого жеребца. Но Геордор, насмотревшись портретов и наслушавшись хвалебных речей посла Тарима, похоже, воспылал к юнице настоящей страстью.
— Это все проклятые зелья твоего дружка, — пожаловался Де Грилл Сигмону. — Геор ведет себя как подросток. Он словно в детство впал — куда только подевалась его знаменитая рассудительность! Похоже, он принимает слишком много этих проклятых эльфийских порошков, а я не могу за ним уследить. Столько дел навалилось…
Сигмон сочувственно кивал. Следить за тем, чтобы монарх выполнял предписания врача, — та еще каторга. На него не прикрикнешь, не дашь по рукам, чтобы не тянулся к сладкому, как неразумное дитя. А ведь ему хочется всего и сразу. В том числе и северную принцессу.
Свадьбу решили сыграть быстро — Геордор пылал страстью и нетерпением, Тарим опасался, чтобы советники Геордора не отговорили его от опрометчивой женитьбы, и потому тоже спешил… Так и появился крохотный кортеж, пробирающийся сквозь перевалы Северных гор по самой краткой дороге, связывающей два королевства. Нужно было успеть до осени, пока перевалы не завалило снегом — зима в горах наступает раньше, чем на равнине. А если бы не успели — прощай свадьба до весны, а там уж как дело повернется. Может, остынет Геордор, может, изменятся планы Тарима, а может, еще что случится… В итоге северная принцесса очутилась в горном городке Каре, на самом краю Ривастана. С дядей, братом будущего короля, который должен представлять на свадьбе семью, и десятком сопровождающих.
— Конечно, в Каре есть небольшой гарнизон, и я уже приказал выделить для сопровождения принцессы десяток офицеров, — сетовал Де Грилл. — Но ты представь, какие там, в этих дебрях, офицеры. Да и гарнизон нельзя ослаблять.
— Пусть не торопятся и едут медленно, — посоветовал Сигмон. — А отсюда навстречу выслать торжественную встречу.
— Нужно сделать все быстро. Очень быстро, — возразил советник. — Принцесса должна как можно быстрее проехать через полстраны. Задерживаться, дожидаясь торжественной встречи, — нельзя.
— Офицеры, полагаю, не для торжеств? — сухо осведомился Сигмон.
Он прекрасно видел, что Де Грилл не хочет раскрывать всех карт. Но давно уже понял, что дело вовсе не в торжественной встрече — уж он-то, граф Сигмон Ла Тойя, Мясник Дарелена, был последним, о ком вспомнят при подготовке к торжествам. Его зовут совсем для других дел.
Де Грилл шумно вздохнул и взглянул на собеседника, пронзая того взглядом круглых, птичьих глаз с вертикальными зрачками. Сигмон вздрогнул, ощутив, как по спине пробежал холодок. Шутки кончились.
— Ты нужен ей, Сигги, — четко произнес советник. — Твоя задача — как можно быстрее добраться до девицы и как можно скорее привезти ее в столицу. Обеспечить безопасность. Охранять, как самого короля. Действовать по обстоятельствам. Никаких ограничений. Если что-то случится, можешь просто усадить ее к себе в седло и привезти в Рив, бросив треклятый обоз на произвол судьбы.
— Случится что? — переспросил Сигмон. — От кого охранять?
— От всех, — отрезал Птах.
— Я должен знать, к чему готовиться, — тихо произнес Сигмон.
Де Грилл помолчал, потер острый подбородок длинным пальцем.
— Не всем в королевстве нравится идея насчет королевы родом из Тарима, — признался он. — Возможно, придется усмирять толпу, раззадоренную каким-нибудь провокатором. Не рискуй. По возможности не ввязывайся в драки. Просто бери принцессу за шиворот — и наутек.
— Понял, — сухо отозвался Ла Тойя. — А если придется сражаться?
Де Грилл вытащил из кармана золотой кругляш на цепочке и сунул его в руку Сигмону.
— Вот, — сказал он. — Про прибытии на место берешь командование на себя. Отвечаешь за принцессу головой. Делай все, что сочтешь нужным, но привези ее сюда целой и невредимой.
— Никаких ограничений? — переспросил граф, разглядывая королевский медальон.
— Геор выразился так, — сухо произнес советник, — «пусть хоть целый город вырежет, но доставит мне Вэлланор».
Сигмон поднял взгляд, рассматривая осунувшееся лицо советника. Тот поднял вверх указательный палец.
— Но я, — подчеркнул он, — я бы не советовал тебе увлекаться резней. Плохо скажется на репутации королевских служащих.
— Я понял, — сухо отозвался Сигмон, сжимая в кулаке символ, наделяющий владельца властью личного распорядителя монарха. — Все будет хорошо, Эрмин.
— Значит, все в порядке, — отозвался Де Грилл. — Я на тебя надеюсь, Сигги. Ступай. Отправляйся немедленно.
— Уже иду, — отозвался граф и пошел к выходу из покоев советника.
— Постой! Сигмон, что там с Верони и Летто?
— Развел их по разным углам. Сегодня смертоубийства не будет. Детишки вместе посмеялись надо мной, и есть надежда, что они оставят эту глупую затею с дуэлью и вместе пойдут по кабакам.
— Славная работа.
— Ты должен мне ставку королевского шута, Эр. И новый камзол.
— После возвращения. Все — после твоего возвращения с принцессой. А там и камзол, и мешок с деньгами, и орден размером с тарелку. Все, беги!
Сигмон так и поступил. Он знал, что советник рассказал ему далеко не все. Нужно быть слепым, чтобы не заметить — кто-то будоражит народ, настраивает чернь против будущей королевы. Целенаправленно и довольно умело. Может быть, и ей самой грозит опасность. О чем только думал король, если не выслал ей навстречу полк преданных гвардейцев? Неужели он ничего не знает об угрозе? Может быть. Эрмин не зря жаловался, что король стал не так прозорлив, как раньше. Но зато об угрозе знает его советник — Птах. И он выслал принцессе навстречу нечто более ценное, чем полк выдрессированных болванчиков. Он послал ей навстречу ручного Зверя.
Прижимаясь лицом к теплой гриве вороного, Сигмон летел навстречу восходу. Полдень он должен встретить в Тире. И никак иначе. Принцесса — ждет.* * *
Проснулся Демистон мгновенно, едва заслышав тихие голоса в коридоре. Встрепенулся, окинул взглядом маленькую комнатку, заставленную столами и мягкой мебелью. Никого. Лишь за стеной тихий шепот.
Капитан снял ноги с банкетки, сел ровно, пытаясь сохранять хоть какие-то приличия. Мягкий диван в приемной советника короля был словно создан для сна. Когда ему велели ждать Де Грилла в этой комнате, капитан без лишних слов направился к этому бархатному чудовищу. Вольготно расположившись на мягких подушках, он сразу заснул — как служивый, хорошо знающий цену свободным минутам. На дворе ночь, советника короля можно ждать часами, так что упускать такую прекрасную возможность выспаться Корд не собирался. Он знал, что когда придет время и Де Грилл освободится — его разбудят. И советник короля простит грубого солдафона, задремавшего в приемной.
Демистон бросил взгляд на большие дубовые двери, ведущие в соседний кабинет, и расправил плечи. Подтянул к себе саблю, лежавшую на подушках, прицепил к поясу. Потом разгладил пятерней взъерошенные волосы, успевшие отрасти за время службы в столице, стряхнул с замызганного плаща одну из миллиона пылинок. Откашлялся.
Советник не заставил себя долго ждать — двери тотчас распахнулись, и в темную приемную влетел Де Грилл. Как обычно, целеустремленный, вечно куда-то опаздывающий и, кажется, никогда не спавший.
— Да! — с ходу рявкнул он, не удосужившись даже поздороваться. — Что на этот раз?
Капитан, уже не впервые исполнявший поручения советника короля, не имеющие отношения к его непосредственной службе, поднялся и коротко поклонился. Де Гриллу он был обязан и новым чином, и помилованием, и с удовольствием принял правила игры, в которой он был для советника не только капитаном стражи, но и личным подручным. И то, что Де Грилл обращался с ним порой как с бездушным инструментом, ничуть его не задевало. Он просто старался быть хорошим инструментом. Незаменимым.
— Дурные новости, граф, — тихо произнес Корд. — Лавен Летто мертв.
— Лавен? — Эрмин шагнул ближе, навис над капитаном. — Когда это случилось?
Демистон вдруг сообразил, что понятия не имеет, сколько он проспал, и потому решил придерживаться фактов.
— Чуть позже полуночи, — ответил он. — Его нашли мертвым после приема в особняке Броков, когда гости начали расходиться. Послали за патрулем, а ребята отправили ко мне вестового.
— Проклятье, — процедил советник. — И что же вы?
— Отправился в особняк. К тому времени слуги Летто уже увезли тело Лавена в родительский дом, а Эветта выставила стражников за дверь. Я приказал им продолжить патрулирование, а сам отправился к вам.
— Это было несколько часов назад, — бросил Эрмин, сверкая птичьими глазами. — Чем вы занимались все это время?
— Спал, — отрезал капитан. — Здесь, у вас под дверью, как приблудившийся пес.
— Надо было сразу найти меня! — зарычал граф. — Нет. Правильно. Я был занят.
— Мне так и сказали, — заметил Демистон. — Но я решил вас дождаться.
Де Грилл развернулся, прошелся к окну, забранному тяжелыми бархатными шторами, и с полпути вернулся к капитану.
— Ладно, — бросил он. — Что вам удалось узнать?
— Судя по докладу патрульных, Летто нашли в саду, недалеко от дома. Он был заколот чем-то острым. Предположительно легким клинком или кинжалом. Удар в легкое, рядом с сердцем. Никто ничего не видел.
— Верони?
— Был там, — отозвался капитан. — Но к моменту обнаружения тела Верони уже покинул особняк.
— Проклятье, — бросил советник, опускаясь на диван. — Только этого мне не хватало.
— Простите, граф, — тихо произнес Корд. — Я не мог уследить за всеми.
— Не ваша вина, — отрезал советник. — Просто не понимаю, как такое могло случиться. Сигмон ясно дал понять, что сопляки отказались от дуэли.
— Сигмон? — удивился Корд. — Сигмон был там, с ними?
— Да, — немного подумав, ответил Эрмин. — Он присматривал за ними. И незадолго до убийства явился ко мне, с уверением, что все улажено.
— Явился, не доведя наблюдение до конца? — В голосе капитана явно проступили нотки сомнения. — Сигмон?
— Нет, не так, — с сожалением признал Эрмин. — Он был отозван. И сообщил информацию, актуальную лишь на тот момент времени. Это было до полуночи. По его словам, мальчишки раздумали драться и даже соизволили перекинуться парой вежливых слов. Я верю ему, Сигмон никогда не ошибается. Но через некоторое время Летто все-таки убили.
Граф покачал головой и тяжело поднялся на ноги. Потер ладонями узкое лицо, словно пытаясь разогнать застывшую кровь.
— Трое суток не сплю, — неразборчиво пожаловался он пустому дивану. — Голова словно набита паклей.
— Вам нужно отдохнуть, граф, — мягко посоветовал Корд, тронутый тем, что советник выразил в его присутствии свои чувства — так, словно они были близкими друзьями. — Вы неважно выглядите.
— Это только начало, — печально произнес граф, не отнимая ладоней от лица. — Через несколько часов старший Летто начнет взывать к правосудию, потребует у королевского дознавателя казни младшего Верони, а когда получит отказ — ведь улик у нас нет, — поднимет на ноги вассалов. А быть может, он уже прямо сейчас собирает толпу преданных людей, чтобы штурмом взять особняк Верони. Вот только войны посреди города мне и не хватало. В народе и так неспокойно, свадьба не вызывает особых восторгов, а тут еще вражда двух кланов. Чую, дело кончится кровью.
— Неспокойно, — осторожно произнес Корд, — только на окраинах. В самом деле, народ немного взволнован, не более. Но накануне больших перемен в королевстве всегда так бывает. Возбуждение растет, но оно может выплеснуться и безудержным весельем.
— Или превратиться в безумие бунта. Чтобы окраины вспыхнули, нужна всего лишь одна искра. А сейчас в самом центре столицы заполыхает настоящий погребальный костер. Кому-то очень нужно, чтобы он заполыхал. И именно сейчас…
Эрмин внезапно замолчал, отнял руки от лица и окинул капитана острым изучающим взглядом.
— Корд, вы немедленно займетесь этим делом, — сказал он. — Бросайте все и начинайте вынюхивать.
— Я? — искренне удивился Демистон. — Но служба… Такими делами занимается лейтенант Горан.
— Горан займется тем, что ему прикажут. Он будет расследовать дело о дуэли, по требованию королевского дознавателя, к которому наверняка, несмотря на столь ранний час, уже спешит лорд Летто.
— А что прикажут мне? — напрямик спросил капитан.
— Официально вы будете помогать Горану. Пока он станет заниматься бумажной волокитой и увещеванием разгневанных родителей, вы, Корд, возьмете пару толковых людейи займетесь настоящей работой. Прочешите сад Броков. Опросите возможных свидетелей дуэли. Поговорите со слугами обеих семей.
— А мне позволят это сделать? — усомнился капитан. — Оба лорда и Эветта Брок будут недовольны. Это работа для Сигмона, его титул открывает те двери, от которых меня гонят прочь.
— Сигмон занят, — отрезал Де Грилл. — Сейчас настало ваше время работать головой, Корд. С клинком вы управляетесь отлично, это я уже знаю. Теперь проявите смекалку. Официально вы станете собирать информацию для лейтенанта Горана и королевского дознавателя, так что препятствий вам чинить никто не посмеет.
— А неофициально? — тихо осведомился Демистон.
Долговязый советник, как никогда похожий на взъерошенную птицу, наклонился к самому уху бывшего пирата.
— Вы начнете искать убийцу Лавена.
— Но Верони…
— Ищите настоящего убийцу, — тихо произнес советник короля. — О ходе расследования этого вопроса сообщайте лично мне. В любое время.
— Так точно, — по-военному отозвался Корд.
— Тогда приступайте, — велел Де Грилл, выпрямляясь и осматривая капитана с головы до ног. — Времени у нас нет. Невеста Геордора вскоре прибудет в столицу, и к этому моменту тут все должно быть улажено. Я очень рассчитываю на вас, Кейор Черный. Вы кажетесь мне незаурядной личностью. Оправдайте мои надежды и увидите, что место капитана городской стражи — далеко не предел для умного и преданного человека, кем бы он ни был раньше.
Демистон медленно поклонился советнику и молча вышел из кабинета. Все, что он хотел услышать, он услышал и теперь знал, что нужно делать. Больше говорить было не о чем.
Эрмин Де Грилл проводил капитана взглядом, и лишь когда за Кордом закрылась дверь, позволил себе выругаться.
— Убил бы кого-нибудь за час сна, — сказал он сам себе. — И даже за четверть.
С тоской взглянув на тяжелые шторы, за которыми уже начинало светлеть осеннее небо, Эрмин тяжело вздохнул. У него не было в запасе ни лишнего часа, ни лишних пяти минут.
— Пора присмотреться к любителям ловить рыбку в мутной воде, — пробормотал Де Грилл, с сожалением окидывая взглядом пустой диван. — Прямо сейчас.
Сон — непозволительная роскошь для советника короля. И уж тем более для его друга. Эрмин вздохнул, отвел взгляд от дивана и направился к двери. Его ждал долгий подъем на самую высокую башню замка, туда, где птичий гомон заглушал шум просыпающегося города.* * *
Когда первый солнечный лучик пробился сквозь щель деревянной ставни и коснулся лоскутного одеяла, Вэлланор открыла глаза. Она проснулась сразу, очнулась ото сна, словно спала целый день, а не несколько часов. Солнце. Здесь, у самых гор, в короткий осенний день. Она не желала терять ни единой минуты.
Откинув потрепанное одеяло, сшитое из синих и красных лоскутов, она села и спустила ноги с кровати. Холодные доски пола неприятно ожгли босые ступни, но Вэлла решительно встала и подошла к окну. Со скрипом распахнулись ставни, и блеклое осеннее солнце ворвалось в тусклую комнату, обволакивая мягким сиянием хрупкую девушку, замершую у окна.
Ночная рубашка, сшитая из белоснежного шелка, просвечивала насквозь, открывая солнцу худые плечи, острые локти, тонкий стан и по-девичьи небольшие, но крепкие груди. Вэлла стояла неподвижно, впитывая последнее тепло осени, и ее соломенные волосы, лежавшие на плечах тяжелым покрывалом, казалось, светились изнутри, насыщаясь солнечным светом.
В окно ворвался холодный ветер, растрепал бледное золото волос по плечам, и Вэлла поежилась. Холодно. Не так, конечно, как дома, но все же прохладно. Особенно ногам.
Нехотя она отошла от окна и начала собираться. Одеваясь, все поглядывала в сторону двери — за нею было тихо. Вся двухэтажная таверна, в которую полуночные путешественники набились как сельди в бочку, спала. Как странно. Тишина — и солнце. Здесь не снуют слуги, готовясь к завтраку, не суетятся горничные, готовые подать выглаженное платье. Тишина и покой. Как же она отвыкла от этого за последние дни.



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.