read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Рубаху нести? — спросил он.
— Конечно, — отозвался Сигмон, пинком отправляя недопитую бутылку вина под лавки. — И что-нибудь набросить на плечи. По улице надо до дома добраться. Хозяин, наверно, меня уже потерял. Надо появиться, заплатить за постой.
— Сейчас сделаем, ваша светлость, — бодро отозвался алхимик. — Вот еще что…
— Что? — рассеянно спросил Ла Тойя, запуская руку в корзину.
Ронэлорэн пожевал губами, словно стараясь удержать слова, вертящиеся на языке.
— Ничего, — наконец выдохнул он. — Пустое. Одежду прямо сейчас нести?
— Сейчас, — кивнул граф, доставая из корзины пирог с капустой. — Доем вот — и домой. Спасибо, Рон. За приют и за… беседу.
— На здоровье, Сигги. Рад, что ты вернулся, — отозвался алхимик, выходя из комнаты и прикрывая за собой дверь.
На лестнице он остановился. Глянул на дверь за спиной, потом в отчаянье махнул рукой и начал спускаться.* * *
Отбросив распечатанное письмо на пол, Де Грилл разразился потоком брани. В ярости смахнул со стола ворох бумаг, выскочил из-за стола и принялся отплясывать на раскиданных по ковру донесениях лихую пляску.
— Проклятье, — рычал он, — проклятье!
За стеной грянули трубы, запели скрипки, и далекий хор вразнобой затянул песню о воине, что собирался отправиться на войну в далекие края.
Советник, подпрыгнув от ярости, подбежал к дверям кабинета, распахнул их и заорал в темноту коридора:
— Заткнитесь! Чтоб вас всех разорвало! Заткнитесь немедленно!
В ответ донеслись унылые завывания, символизирующие припев древней баллады. Эрмин с силой захлопнул двери кабинета, так что со стен посыпалась побелка. Выхватив из ножен узкий клинок, он обернулся и принялся отчаянно рубить бархатную занавесь, прикрывавшую двери. В мгновение ока тяжелое полотно превратилось в драную простынь с разлохмаченными краями. Последним ударом Де Грилл перерубил занавесь пополам и с размаху вогнал клинок в пол.
Завороженно глядя на раскачивающийся эфес обезумевшими глазами, Эрмин медленно втянул пыльный воздух кабинета. Потом медленно выдохнул. Повторил.
Он не спал уже пятеро суток, и даже его силы подходили к концу. То краткое забытье — на полчаса, не больше, — что он позволял себе в полночь, никак не могло заменить настоящий сон. Все тело ломило, глаза закрывались, Эрмин, ставший раздражительным и несдержанным, засыпал на ходу. Но он не мог позволить себе заснуть. Только не сейчас, когда вся столица гуляла уже неделю, отмечая королевскую свадьбу.
Когда замок погрузился в свадебный пир, который никак не желал кончаться, весь груз дел и забот лег на плечи Эрмина Де Грилла, единственного советника короля, у которого не было ни праздников, ни выходных. Заговор пустил свои корни так глубоко, что порой Эрмину казалось — он никогда не выкорчует измену окончательно. На мелких сошек — исполнителей он махнул рукой на следующий день после свадьбы. Но Совет Лордов, приближенные герцога Сеговара, знать королевства… Эрмин творил чудеса за письменным столом, пытаясь разобраться во всех доносах, что посыпались на него, когда заговор провалился. Всякий, хоть одним коготком причастный к предательству, стремился обелить свое имя, напропалую сдавая тех, кто вовлек несчастного страдальца в преступные сети измены. И Де Грилл, арестовавший главарей, порой толком не знавших,что именно они хотели, отчаянно пытался разобраться в происходящем.
Все, имеющие отношение к заговору, должны быть арестованы — в этом советник видел свою главную задачу. Он просто не мог оставить на свободе никого из них, только не сейчас, когда в королевстве идет один громадный пир. В этом шумном празднестве измена могла легко скрыться, чтобы потом, оправившись от удара, вновь поднять голову. Эрмин не мог этого допустить и потому старался отделить зерна истины от плевел лжи: его агенты прочесывали город частым гребнем, проверенные соглядатаи следили за подозреваемыми. А обновленная стража расследовала таинственные исчезновения знатных лиц, у которых внезапно появились срочные дела в имениях, что находились очень далеко от столицы. И вся информация стекалась к нему, к Де Гриллу, который был вынужден принимать решения, шлепая королевской печатью направо и налево по десять раз на дню. Потому как Его Величество в настоящее время, вместо того чтобы корчевать гидру измены, наслаждался ролью новобрачного и проводил дни и ночи со своей королевой. Эрмин обещал ему, своему другу, позаботиться обо всем. И он делал все, что мог, но ему просто не хватало ни сил, ни времени.
Самым ужасным было то, что едва ли не половина информации было заведомой ложью. Многие доносчики, пользуясь удобным случаем, пытались свести счеты с нелюбимыми родственниками, неудобными соседями, бывшими любовниками и любовницами… Эрмин тонул в доносах, как тонут в море. И открывая новое письмо, он не мог сказать заранее — правда или ложь скрывается на его страницах. Верный ли поданный его написал, открывая новые бездны заговора, или это хитрый племянничек решил извести дядюшку. От безграмотных доносов советника уже тошнило. Но хуже всего были письма от искренних патриотов, которым заговор мерещился в каждом продавце зелени, не вывесившем на своей лавке королевский штандарт и тем, несомненно, поправшем основы монаршей власти.
Немного успокоившись, Эрмин выдернул клинок из паркета и осторожно вложил в ножны. Стараясь сохранять спокойствие и отрешиться от доносящихся из-за стены пьяных воплей, он медленно подошел к столу. Ступал по ковру осторожно, мягко, словно сомневаясь в собственных силах.
Нагнувшись, советник осторожно подобрал одну из бумажек, опустился в широкое кресло и положил документ перед собой. Медленным движением широкой ладони он разгладил мятый комок и углубился в чтение.
Письмо от Дариона, нынешнего главного королевского мага, застало Эрмина врасплох и переполнило чашу терпения. Именно из-за этого письма он и сорвался. И было с чего— новости оказались совершенно отвратительными.
Дарион вновь задерживался. Он должен был прибыть еще неделю назад и привести с собой хоть несколько новых магов, из которых потом сформировал бы новый Совет. Но Дартак и не появился. Он писал, что на его пути, словно по волшебству, появлялось то одно, то другое препятствие. То дорогу размыло, то искомый кандидат спрятался в самую чащобу леса, где его искать нужно было не меньше недели. А то деревенский маг, давший обещание явится ко двору, вдруг отказывался от своих слов, и Дар вынужден был прокладывать новый маршрут до соседнего города, где жил другой кудесник, подходящий на роль королевского мага. Все это страшно сердило и самого юного мага, не предполагавшего, что обязанности главы Совета и необходимость уговаривать других магов окажутся сложнее, чем самые запутанные заклинания. В нынешнее время Дар находилсяв Венте. Двое магов, что путешествовали вместе с ним, оказались довольно медлительными, впрочем, как все старики. Отчаявшийся найти новые кандидатуры, Дар писал, что оставляет их здесь, пусть добираются до столицы с той скоростью, на которую способны. А сам он собирался выехать налегке в Рив немедленно.
Судя по письму, доставленному птицей, выходило, что маг уже в пути и через два-три дня прибудет в столицу. Если, конечно, его опять что-нибудь не задержит.
Эта неопределенность и сердила Эрмина. Маг был необходим ему как воздух. Сам он не мог разорваться на несколько частей, чтобы уследить за всем сразу. Он и так уже совершил чудо, контролируя арест заговорщиков в одиночку, следя за каждым ходом операции и лично, и с помощью своего дара. Он сделал, что мог, — и достаточно удачно, но сейчас маг ему был необходим еще больше, чем раньше. Он мог начать совершать ошибки. Ему нужно было чудо — или хорошее заклинание, — чтобы разгрести эту кучу дел. Да просто угроза явиться на допрос к магу сняла бы полсотни проблем зараз! Один взгляд Дариона на заговорщика напугал бы того больше, чем все костры и колья дознавателей сразу. А что уж говорить о самом советнике — ему просто необходимо было выспаться, оставить все дела надежному человеку хотя бы на полдня, такому человеку, который видел бы насквозь всех этих прихвостней и не соблазнился бы возможностью вставить лишнее имя в приказ о новых арестах. Дарион… Дарион был нужен как воздух. Лучшихкандидатур на роль поверенного в делах у Эрмина не было.
Конечно, оставался еще Сигмон Ла Тойя. Но Де Грилл, хорошенько поразмыслив, решил не привлекать его к работе. Во-первых, это был не его профиль. Когда нужно уложить полсотни упырей или разнести ползамка — да, тут парня лучше, чем Сигмон, не найти. Но для тонкой работы с людьми Ла Тойя не годился. Он терпеть не мог ни бумаги, ни доносы, ни дознания. Предпочитал решать проблемы клинком. Тут он скорее бы наломал дров, чем помог. И во-вторых… сейчас он был не в лучшей форме. Де Грилл прекрасно понимал, в чем тут дело, — только слепой не заметил бы, как новоявленный граф смотрел на юную королеву. И сейчас лучше его не трогать. Не будить в нем зверя, который, несмотря на все уверения Сигмона, вовсе не казался Эрмину ручным и до конца усмиренным. Поэтому Де Грилл и не тревожил своего любимца. Нет, вовсе не из жалости к нему, бедному-несчастному, а потому, что Сигмон, пребывая в подобном настроении, мог совершить глупость. Заварить такую кашу, что потом всем Советом королевских магов не расхлебаешь. Поэтому-то Де Грилл и не спешил звать Ла Тойя во дворец. Пусть пока отдохнет, перебесится, пообщается с дружком-полуэльфом. Который тоже едва на ногах держится, денно и нощно опекая новую королеву, не позволяя ей захлебнуться в мутных волнах, оставшихся от заговора. Многие ведь бросились сразу к ней — покаяться, повиниться, заручиться прощением и поддержкой… А то и нашептать на ухо о злодеяниях соседей. Или друзей. Или дядюшек, будь они трижды прокляты со своим наследством.
Нет, полуэльф на своем месте. И графиня Брок, что стала наперсницей юной королевы. И Сигмон Ла Тойя на своем месте: не делает ничего опасного, не рубит головы направои налево — и слава небесам. И новый командор городской стражи Корд Демистон, что сейчас заново собирает команду из верных людей, тоже на своем месте. И даже Дарион, готовящий крепкий щит из магов для короля. Лучше бы он его готовил прямо здесь, но о будущем надо тоже подумать, ради прочного тыла можно немного и потерпеть. И он, Эрмин Де Грилл, сидящий в центре паутины, тоже при деле. И лишь сердце его, сердце королевского советника, которое должно чуять все ходы на десять шагов вперед, — не на месте. Эрмину все время казалось, что он что-то упускает. Иногда он спохватывался и думал, что же именно он на этот раз просмотрел. Где недоглядел, о чем позабыл — из-за своей смертельной усталости. Неприятное чувство незаконченного дела грызло его день и ночь, гоня прочь желанный сон.
Эрмин поставил локти на стол, закрыл ладонями уши, чтобы не слышать разудалой охотничьей песни. Закрыл глаза. Все шло не так. Хорошо шло, удачно, но — не так.
Он задремал и понял это, только когда увидел каменные стены чужого замка. Взгляд необычный, с высоты, словно глядящий забрался на макушку башни. Эрмин привычно заворочался, пытаясь выбраться из сладкой дремы — не время сейчас спать, не время. Но вдруг ощутил знакомое чувство чужого присутствия и замер. Он проснулся, картинка стала резче, но не исчезла — Де Грилл по-прежнему видел чужими глазами. Он использовал свой дар подсознательно, без всякого желания, просто расслабившись и привычно скользнув по тонкой ниточке контакта, так удачно подвернувшейся… Уйти?
Эрмин повернул голову и правым глазом уловил в темноте знакомые очертания темной остроконечной башни. Дарелен! Замок упырей. Почему сюда? Зачем его подсознание выбрало эту несчастную ночную птаху на другом конце огромного королевства? Здесь все тихо и спокойно, спасибо небу хоть за это. Или?
Башня замка приближалась. Советник, очнувшись от дремы, взмахнул крыльями, закладывая крутой вираж к черному проему слухового окна в черепичной крыше. Птица пыталась сопротивляться, но опытный Эрмин легко взял над ней верх. Повинуясь его приказам, легкое тельце скользнуло под крышу замка. Потом к лестнице, нырнуло в темный коридор…
Ведомый любопытством, советник парил под высокими сводами замка. Перескакивал с балок на штандарты, с них — на пустующие подставки для факелов, он забирался все глубже в жилые помещения, оставаясь незамеченным. И с ужасом наблюдал разворачивающуюся перед его глазами картину.
Все путешествие заняло не больше пяти минут, но, очнувшись за своим столом, Де Грилл чувствовал себя так, слово бежал от Дарелена до Рива пешком.
Мокрый от пота, хватающий воздух раскрытым ртом, он навалился грудью на стол. Распластавшись на бумажных листах, Эрмин икнул, пытаясь сдержать тошноту. Перед глазами все кружилось. Давно уже ему не было так тяжело во время путешествия. Похоже, он устал даже сильнее, чем думал. Ему необходим отдых. Но не сейчас.
Застонав, Эрмин сполз со стола и упал на колени. Даже не пытаясь подняться, он на четвереньках пересек кабинет и остановился у закрытых дверей. Сел, прислонился к ним спиной, перевел дух. Потом, опираясь о стену, поднялся на ноги, выпрямился и подергал витой шелковый шнурок.
Он не услышал звона колокольчиков — пир за стеной был в самом разгаре. Главное, что его услышал тот, кто ждал сигнала. Заслышав за дверями легкие шаги, Эрмин выпрямился, расправил плечи и постарался выглядеть так, словно ничего не случилось.
Когда дверь осторожно открылась и на пороге появился Тьен, слуга советника, его встретил твердый взгляд птичьих глаз.
— Найди мне Сигмона, — велел Де Грилл. — Немедленно.
— Прямо сейчас, ваша светлость? — немного помедлив, уточнил Тьен, не успевший снять ночной колпак.
— Что? — переспросил Де Грилл, уже обдумывая новый приказ. — Да, разумеется, прямо сейчас! Мне что, нужно повторять два раза?
Тьен коротко поклонился и пропал в темноте коридора, отправившись исполнять приказ. Де Грилл закрыл дверь кабинета и медленно побрел к столу. Добравшись до него, со стоном повалился в кресло. Закрыв глаза, он начал массировать пылающие огнем виски, пытаясь хоть немного ослабить тугой обруч боли, стянувший голову.
На горизонте появилась еще одна проблема, грозившая обернуться крупными неприятностями. Но, к счастью, у него оставались кое-какие карты в рукаве, подходящие по масти к новой игре. Каждому замочку свой ключик. На этот раз возникла необходимость в твердой руке, пылающем клинке и, возможно, в крупных разрушениях. Таких, чтобы помнили и сотню лет спустя. Это был как раз тот самый случай, когда зверя следовало спустить с цепи. Эта работа была словно создана для Сигмона Ла Тойя. На этот раз советник короля ни секунды не сомневался в выборе инструмента.* * *
Кейор медленно покачивался на теплых волнах моря. Раскинув руки, он наслаждался свободой и покоем, тем давно забытым ощущением, которого ему так не хватало в последнее время. Теплые объятья зеленых волн казались мягкими, нежными, словно шелковыми. Пахло солью и водорослями — пряный аромат песчаного берега, знакомый с детства,убаюкивал. Не хватало только тихого плеска и шипения пены, уходящей в мокрый песок. Вместо этого волны издавали деревянный стук.
Корд Демистон проснулся в мгновение ока и тут же сел, откинув шелковое покрывало нежно-зеленого цвета. Когда в дверь постучали второй раз, он уже стоял на ногах, сжимая в руке саблю, припрятанную под кроватью, подальше от взоров Эветты.
Обведя комнату затуманенным от сна взором, Корд расслабился и опустил клинок.
Спальня графини Брок утопала в бирюзовом свете. Сквозь тонкие шторы, цветом напоминающие море, заглядывало солнце, окрашивая комнату в нежные оттенки зеленого и синего. Лазоревые простыни на широкой кровати скомканы, покрывало на полу, на ширме, заслоняющей зеркало, зеленый халат из тончайшего зеленого шелка. Корд втянул носом воздух — пахло солью и водорослями. Морская соль! Где она ее взяла?
В дверь, прикрытую тоже зеленой занавесью, вновь постучали. Корд поискал взглядом свою одежду, но увидел лишь сапоги, небрежно брошенные у кровати. Все остальное где-то в кучах тряпья на диване, стоящем в углу. Может быть. Во всяком случае, оно там было вчера.
Аккуратно положив саблю на простыни, Демистон подобрал покрывало и завернулся в него на гернийский манер. Уже подойдя к двери и взявшись за ручку, он запоздало подумал, что не стоит быть таким беспечным, ведь там, за дверью, может оказаться наемный убийца, что все еще бродит по городу…
За дверью оказался Ками — управляющий графини. Все такой же чистенький и бодрый, сияющий начищенными пуговицами на темно-зеленом камзоле, обильно расшитом золотыми узорами. Иногда Корду казалось, что Ками вовсе не спит, что его хранят в шкафу, как дорогое платье. Вечером вешают на крючок, а утром вновь достают, сдувают случайные пылинки и выпускают в коридоры особняка.
— Господин капитан, — позвал управляющий.
— Да? — рассеянно отозвался Корд и только сейчас понял, что Ками протягивает ему вешалку с чистым и выглаженным мундиром. Его собственным мундиром командира городской стражи, который он получил не далее как вчера утром.
Демистон принял мундир, сурово глянув на управляющего. Тот ответил не своей обычной улыбкой, полной вежливого дружелюбия, а немного застенчивой и даже робкой. Настоящей. Ее капитан видел пару раз и в том, что она искренняя, ни капли не сомневался. Похоже, новый фаворит графини действительно нравится управляющему. Корд считал, что это хорошо, и беспокоился лишь об одном — как бы этот старый хлыщ не начал ему подмигивать.
— Спасибо, Ками, — отозвался Демистон, — а Эветта…
— Госпожа графиня рано утром отбыла во дворец, — тут же доложил управляющий. — Королева не спала всю ночь и прислала за графиней прямо на рассвете.
— Странно, что я не услышал, — Корд нахмурился, припоминая утренние сны.
— Графиня не желала вас будить. Велела дать вам выспаться, потому как вы собираетесь следующую ночь провести на работе…
— Так что ж ты разбудил меня, олух, — буркнул Корд, — раз сама графиня не велела.
— К вам пришли, господин капитан, — бодро отозвался Ками. — Посыльный из штаба стражи.
— Что ж ты сразу не сказал, — спохватился Корд. — Проклятье. Я буду одеваться, а ты пока налей парню чего-нибудь теплого. Но не горячительного, слышишь?
— Конечно, господин капитан, — кивнул Ками. — Посыльный уже на кухне и пьет гернийский чай. Мне кажется, среди посыльных считается очень почетным доставить пакетвам.
— Бездельники, — беззлобно бросил Корд. — Знают, где бесплатный чай…
Он собрался захлопнуть дверь, но управляющий вскинул руку, останавливая гостя особняка.
— Подождите! Капитан, все собираюсь вам сказать, да как-то не представлялся случай. Примите мою благодарность за то, что замолвили за меня словечко перед королевским алхимиком. Мы встретились, и господин полуэльф был очень гостеприимен.
— Пустяки, — отмахнулся Демистон, — Рону было даже интересно встретиться с тобой. Он много слышал о тебе от графини.
— И все же спасибо вам, капитан, — упрямо повторил Ками. — В наше время немногие держат слово.
Корд криво ухмыльнулся. Да, в этом гадюшнике, как он уже убедился, считалось чуть ли не хорошим тоном обмануть доверчивого простака. А потом посмеяться за его спиной. Или, если это слуга, — в глаза.
— Услуга за услугу, Ками, — отшутился он. — Неси чай, и мы в расчете.
— И еще, господин капитан, — управляющий понизил голос, и Корд невольно наклонился, чтобы разобрать его слова. — В особняке все рады, что вы… гостите у нас. Вы произвели впечатление не только на госпожу графиню. Мы все надеемся, что вы задержитесь у нас как можно дольше. Понимаете?
— Понимаю, — ответил Корд. — Мне тоже здесь очень нравится, Ками. Посмотрим, как пойдут дела дальше, верно?
— Удачи вам, господин капитан, — невозмутимо отозвался управляющий. — И надеюсь, что вскоре буду обращаться к вам не иначе как господин командующий.
— Я тоже на это надеюсь, — буркнул Корд. — А пока давай за гернийским чаем.
Ками коротко поклонился, и Демистон захлопнул дверь. Вернувшись к кровати, он расстелил на ней мундир, раскопал в залежах на диване свое белье и принялся одеваться.
Господин командующий! Все верно — королевского приказа о его назначении на эту должность пока еще не было. Королю, как говорится, немного не до того. И капитан Демистон, по прямому приказу советника Де Грилла, взвалил на свои плечи обязанности командующего без всяких там королевских подписей. Та еще работенка. Оказалось, что едва ли не половина городской стражи участвовала в заговоре. Чистить свои ряды — ничего хуже нет для любого служивого. Одно счастье — действительно запятнанные быстро убрались из города, едва запахло жареным. Конечно, кое-кто планировал отсидеться на своем месте, переждать грозу, но их Корд расколол за два дня — по наводке вездесущего Птаха, разумеется. Но и без этого работы хватало — надо был заново набрать людей, назначить новых командиров взамен арестованных, перетасовать весь состав, словно колоду карт, и при том сохранить порядок на улицах. А это вовсе не так просто, когда весь город упивается хмельным по случаю королевской свадьбы уже неделю кряду. Дел у Корда хватало, и то, что эту ночь он провел в постели Эветты, иначе как чудом и не назовешь. В следующую неделю таких подарков судьбы не предвиделось. Хуже всего было с помощниками — приближенные бывшего командора, изменника Мерда, все уже в кандалах, а толковых подчиненных за пару дней не найдешь. Хорошо хоть сержант Тран взял на себя участок на Королевской площади и позволил ему забрать лейтенанта Легерро в штаб, на должность адъютанта. Бывший сержант, поправился про себя Демистон. После массовых арестов командиров стражи простые служаки очень быстро продвигались по службе. Тран уже лейтенант, а Легерро светит должность капитана штаба, если только некоего Корда Демистона все-таки сделают командором по всем правилам. На этих ребят Корд мог положиться и считал, что оба вполне заслужили новые звания. Ничего, все самое страшное позади. Как только немного уляжется вся эта свадебная суета, некий Демистон сделает из борделя, появившегося на месте городской стражи, сверкающий механизм, точный и отлаженный, не хуже гномьих часов. И тогда появится время и для Эветты.
Застегивая последние пуговицы на мундире, Корд ухмыльнулся. Нежная графиня, воздушное создание, модница, околдовавшая его в первую же встречу, оказалась полна сюрпризов. Она была… Корд не мог подобрать нужного слова, он никогда не был силен в этих романтических бреднях, что изливают на дам изнеженные поэты с бледными щеками. Но одно он знал точно — Эветта никогда бы не стала ждать пиратского капитана на берегу. Доведись ей родиться там же, где появился на свет Кейор Черный, она бы уже водила собственный корабль. И южные купцы передавали бы из уст в уста легенду о демонице с зелеными глазами, что страшнее любого шторма. Зеленые, глубокие глаза, в которых можно утонуть, как в водовороте…
— Работа, — напомнил себе Демистон, вкладывая клинок в ножны. — Долг. Служба.
Одернув мундир, он решительным шагом направился к двери. К демонам гернийский чай! Надо взять бездельника вестового за шкирку, вытащить из кухни и отправляться в штаб. Тогда, быть может, он и в самом деле сможет выкроить хоть пару часиков ночи, чтобы вернуться в эту гавань. К предводительнице пиратов с глазами цвета южного моря.* * *
У входа во дворец Сигмона встретил Тьен — маленький слуга королевского советника. Вестовой, посланный за Ла Тойя, лихо козырнул и, отчаянно зевая, поплелся в левое крыло, в комнаты прислуги. Тьен же пригласил графа следовать за собой.
Ступая по пустым и темным коридорам замка следом за Тьеном, Сигмон таращил глаза, стараясь проснуться. Выспаться ему так и не удалось — первая же ночь, проведенная им в собственной постели, была грубо прервана приказом Де Грилла. Отправляясь в постель пораньше, трезвым и чистым, Ла Тойя предвкушал целую ночь здорового сна. Она должна была окончательно привести его в чувство после недельного запоя. Но и тут не повезло. Неужели Птах следил за своим подчиненным и, заметив, что тот пришел в себя, тут же вызвал во дворец? Или это просто совпадение?
Потирая щетину на подбородке — ее граф надеялся сбрить утром, не торопясь, тщательно подтачивая бритву на ремне, как и положено честному человеку на государевой службе, — Сигмон не забывал поглядывать по сторонам. Несмотря на раннее утро, в замке было довольно шумно. Из залов доносились голоса гуляк, проведших всю ночь за столом, из кухни, под аккомпанемент звона кастрюль, тянуло аппетитными ароматами жаркого и пряного супа. Празднество еще не закончено. Веселье не прекращалось ни днем, ни ночью, и Сигмон готов был поручиться, что еще пару дней в замке будет тесно от гуляк, собравшихся задарма поживиться праздничным угощением, и гостей, не спешащих возвращаться к привычным и скучным будням. Где же Вэлланор? Поднимает очередной бокал за здоровье супруга или мирно спит в широкой постели, положив голову на дряблоеплечо Геордора?
Сигмон помотал головой, отгоняя непрошеные мысли, и постарался собраться. Де Грилл наверняка припас для него что-то особенное, если вызвал в такую рань. Это хорошо. Новое задание поможет отвлечься от ненужных размышлений. Пусть работает тело, а не голова.
У дверей, ведущих в кабинет советника, Тьен остановился и поднял руку. Ла Тойя послушно замер на месте. Слуга тихонько постучал в двери. Не получив ответа, постучал еще раз, громче. В ответ раздалось приглушенное ворчание, и Тьен удовлетворенно кивнул. Он распахнул дверь перед графом, и Сигмон, не медля, вошел в полутьму кабинета.
Де Грилл сидел в глубине кабинета, за широким столом. Два подсвечника с зажженными свечами возвышались над столом и освещали только столешницу да груду бумаг, скопившихся на ней.
Не дожидаясь приглашения, Ла Тойя подошел к столу и сразу уселся на стул с высокой спинкой, не намереваясь стоять навытяжку перед советником. Тот, услышав шум, оторвал взгляд от бумаги на столе и поднял голову.
— Наконец-то, — сухо произнес он вместо приветствия.
Сигмон, пораженный увиденным, не ответил. Птах выглядел словно оживший мертвец: глубоко запавшие глаза, мешки под ними, отвислые щеки, сухая пергаментная кожа, потрескавшиеся губы. На щеках горел лихорадочный румянец, на носу выступили красные прожилки. Руки Де Грилла, сжимавшие бумаги, похудели настолько, что казались высохшими птичьими лапками. Ла Тойя еще никогда не видел настолько изможденного человека в королевском замке. Если бы он встретил Птаха в темнице, то ничуть не удивился бы. Но для королевского советника такой вид не совсем характерен.
— Неважно выглядите, граф, — сказал Сигмон. — Вы, часом, не заболели?
— Что? — переспросил Де Грилл. — А, нет, пустое. Много работы.
— Вам нужно поспать, — посоветовал Ла Тойя, — выглядите как, простите за прямоту, покойник.
— Неважно, — отмахнулся советник. — Потом. После.
— На вас лица нет, — настаивал Сигмон. — По виду напоминаете каторжанина. Еще немного, и нам придется кормить вас насильно.
— Хватит! — прорычал Птах, и в его голосе появились прежние нотки. — Вы явились сюда, чтобы обсуждать мою внешность? Заткнитесь наконец и слушайте меня.
Сигмон пожал плечами. Конечно, он не слишком сильно любил Птаха — этого паука, раскинувшего по всему королевству сеть осведомителей, просто нельзя любить. Но Де Грилл определенно сделал много хорошего и для королевства, и для всех друзей Сигмона. Советник искренне заботился о Ривастане, а не о своих карманах, и за это Ла Тойя уважал графа. Тот крепко держал свое слово, заботился о друзьях, врагам спуску не давал, и если бы не был так подчеркнуто отстранен, то Сигмон, пожалуй, рискнул бы назвать его своим другом. Если Птах сейчас заболеет и надолго выйдет из игры, то, возможно, все королевские дела придут в упадок. Сигмон прекрасно знал, чем именно сейчас занимается королевский советник. Сам он не желал в этом участвовать, но для сохранения мира и спокойствия в королевстве необходимо, чтобы Де Грилл оставался на ногах. Сигмон дал себе слово, что натравит на советника Ронэлорэна с его ворохом лечебных трав и мерзких эликсиров. Де Гриллу явно не помешает врачебная помощь.
— Вы слушаете или витаете в облаках? — зло спросил Де Грилл, и Сигмон виновато потупился. — Что, хмель еще не выветрился из головы?
— Я слушаю, — отозвался Ла Тойя. — Просто еще не проснулся. Вы подняли меня из постели.
Де Грилл что-то буркнул себе под нос и покосился на окно, занавешенное тяжелыми бархатными шторами.
— Уже ночь? — спросил он, нервно перебирая худыми пальцами ворох бумаг.
— Уже утро, — отозвался Сигмон. — Так в чем дело на этот раз, граф?
Советник оставил бумаги в покое и откинулся на спинку кресла. Скрестив руки на груди, он выдохнул:
— Дарелен.
Сигмон обреченно вздохнул, всем видом давая понять, что он так и знал.
— Вы помните того несчастного упыря, которого вы возвели на трон Дарелена?
— Помню, — кивнул Сигмон. — Граф Мираль. Не питаю к нему особой привязанности и не слежу за его делами, но слышал, что каким-то чудом он удержался у власти. И продолжает править, натравливая своих противников друг на друга.
— Похоже, везение ему изменило. Я слышал… — Де Грилл закашлялся и отвел глаза. — Я получил сведения, что группа заговорщиков готова свергнуть его с трона. Все должно случиться в ближайшие дни. Этот заговор был приурочен к нашим… К беспорядкам, что должны были произойти в Ривастане.
— Понимаю, — медленно произнес Сигмон. — Если бы у нас начались неприятности, то нам было бы не до Дарелена. И они могли бы выкинуть какую-то штуку. Например, свергнуть нашего ставленника и попытаться снова отхватить у нас кусок западных владений.
Де Грилл подался вперед, поставил локти на стол и понизил голос.
— Я уверен, — сказал он, — что часть заговорщиков была связана с упырями Дарелена, и, возможно, упырям даже были обещаны наши земли. В обмен на помощь. Но пока я не могу нащупать никаких связей.
— Очень… хитро, — отозвался Сигмон. — Смена власти в Дарелене, как часть заговора по свержению Сеговара Ривастанского…
— Да, да, — отмахнулся Де Грилл. — Это похоже на манию преследования. Но я просто обязан обдумывать все варианты, расценивать совпадения не как случайные события,а как связанные между собой. Это моя работа, граф.
— Ладно, — Сигмон вздохнул. — В любом случае заговор провалился. Что требуется от меня?
— Отправляйтесь в Дарелен, — отчеканил советник короля. — Немедленно. Прямо сейчас. Постарайтесь успеть и спасти жизнь нынешнего графа Дарелена. Или не жизнь, а что там у него… существование? Окажите ему всяческую поддержку. Напомните о том, что Ривастан внимательно следит за ситуацией в Дарелене и не желает видеть, как там составляются планы по захвату наших территорий. И что в случае даже намека на агрессию мы будем вынуждены нанести упреждающий удар.
— Понимаю, — медленно произнес Сигмон. — Оказать нынешнему правителю поддержку против внутренних противников. Чтобы он сохранил власть и был все так же благодарен за это Ривастану. Чтобы не забывал, чьими стараниями он по-прежнему у власти. А если я опоздаю? Если упыри в Дарелене уже делят власть?
— Тогда сделайте так, граф, чтобы ваш визит надолго им запомнился, — холодно отозвался советник короля. — Сделайте так, чтобы при мысли о Ривастане эти твари бились в судорогах и падали в обморок. Понимаете, граф?
— Да, — немного помолчав, ответил Сигмон. — Понимаю, советник.
— И не смотрите на меня так! — фыркнул Де Грилл. — Если вам угодно, считайте меня чудовищем. Это я отдаю этот приказ, а вы должны повиноваться.
— Да, граф, — сухо отозвался граф.
— Я же вижу, какие рожи вы мне тут корчите, Ла Тойя, — раздраженно буркнул советник. — Подумать только, вы меня не одобряете! А знаете, что творится в королевстве? Посмотрите на меня, думаете, я так выгляжу от сладкой жизни?
— Нет, граф.
— У меня нет времени аккуратненько распутывать узел, который сплели упыри! Они сунули свой нос в чужие дела, так теперь пусть расхлебывают то, что натворили. У нас полно собственных забот, так что с упырями надо решить вопрос как можно быстрее и жестче. Мне просто некогда играть с ними в дипломатию.
— Конечно, граф.
— Вы это прекратите, — Де Грилл погрозил собеседнику пальцем. — С чего это я должен объяснять вам такие мелочи? Какое вам дело, почему я отдал этот приказ? Какого рожна я вообще должен оправдываться перед вами?
— Вы оправдываетесь перед собой, граф, — мягко возразил Сигмон. — Причем за то, чего еще не совершили.
— В самом деле? — хмыкнул Де Грилл и внезапно помрачнел. — Да. Вы правы, Сигмон. Я действительно пытаюсь оправдать свое решение. Доказать самому себе, что оно необходимо. Почему?
— Потому что вы не чудовище, Эрмин, — тихо сказал Сигмон. — Что бы вы ни говорили… Чудовища не беспокоятся о своих решениях и не пытаются их оправдать.
— Вот, значит, как, — сказал советник, пожевав сухие губы. — И что, так каждый раз, да?
— Каждый раз. А потом — каждую ночь, за годом год. И каждый день. И каждую минуту.
Де Грилл замолчал. Поднял руку, потер лоб, покрытый уже заметными морщинами.
— Как жаль, что мы не чудовища, Сигмон, — тихо проговорил он. — Тогда все было бы намного проще.
— Да, граф, — со вздохом согласился Ла Тойя. — Было бы проще и страшнее.
— Ступайте, — махнул рукой советник и протянул графу листок бумаги с королевской печатью. — Вот приказ о содействии вам всех служб королевства. Загляните к казначею и к обозникам. А потом выезжайте немедленно и постарайтесь успеть до покушения на графа Дарелена. Постарайтесь сделать так, чтобы вам не пришлось… оставлять в Дарелене слишком яркую память о себе.
— Уже иду, ваша светлость, — кивнул Сигмон, поднялся на ноги и пошел к двери.
— Постарайтесь отправить из Ташама весточку с птицей! — крикнул ему в спину Де Грилл. — Чтобы я знал, что с вами все в порядке.
Сигмон обернулся и удивленно поднял брови.
— А как же ваш дар, советник?
— Дар, — буркнул Де Грилл. — Это такая штука… Дар к делу не пришьешь. Так что не забудьте отправить весточку. Поменьше думайте и побольше действуйте, Сигмон.
Ла Тойя кивнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Советник откинулся на спинку кресла, разглядывая опустевший кабинет. Ему было не по себе. Неужели он и правда был готов натравить ручного зверя на целое графство? Спустить с цепи смертоносную силу, отдать ей приказ… Да, в Дарелене живут кровопийцы, но ведь они просто нелюди, и больше ничего. Так же, как и он — граф Птах. И граф Ла Тойя. Только в этом их вина?
Советник медленно поднялся и подошел к окну, отдернул тяжелую штору. Над городскими крышами плыл рассвет. Солнце еще не выглянуло из-за восточных лесов, но небосклон уже пылал зарницей. Де Грилл представил, как Сигмон Ла Тойя собирается в дорогу, бежит к королевским конюшням, выбирает себе лучшего скакуна и мчится прочь, словно пытаясь убежать от того, что остается за его спиной.
— Бедный мальчик, — вслух произнес граф. — У него же все написано на лице.
Советник видел это в его глазах. Видели это и другие. Еще немного, и к Геордору выстроится очередь из «доброжелателей» с готовыми побасенками. И далеко не все из нихбудут касаться графа Ла Тойя. В глазах королевы тоже порой… Геордор в последнее время стал очень мягок. Но хорошо, если парень проведет в Дарелене пару недель. Так будет лучше для всех.
Медленно отвернувшись от окна, советник подошел к столу, опустился в кресло. Задул свечи и вытащил из огромной стопки бумаг на столе новый документ.* * *
Вэлланор проснулась, когда осеннее солнце забралось под балдахин и коснулось ее щеки. Это было так приятно — просыпаться от теплых касаний южного солнца. Вэлла прекрасно понимала, что Рив — не настоящий юг, что по сравнению с Гернией он скорее север. Но после Каменных Чертогов, спрятанных в глубине скал от ледяных ветров гор, столица Ривастана казалась городом вечного лета.
Приподнявшись, Вэлла села в постели, среди пухлых перин, таких неуместных этим теплым утром. Большая комната — ее и только ее — была залита солнечным светом. Она велела не закрывать штор. Никогда. И сейчас была вознаграждена чудесным видом пылинок, танцующих в лучах. Перед ней извинялись, и не раз, за то, что не успели привести в порядок комнаты королевы — слишком долго они пробыли в запустении, — и отдали ей давние комнаты короля. Сам Геордор просил у нее прощения за то, что ее поселили в неподобающих апартаментах. Но Вэлланор была этому даже рада — ей не хотелось жить там, где когда-то жила другая королева. Пусть она давно умерла, кажется, еще до ее рождения, но Вэлланор думала, что те комнаты все еще принадлежат ушедшей в иной мир. Не стоит их тревожить. Ей хватит и этих комнат, ведь по сравнению с прежними комнатами Вэллы они — настоящий дворец. Ей уютно и здесь. Тем более что она живет в них совершенно одна. Геордор спал в своей опочивальне — всегда, кроме той ночи, что последовала за свадьбой.
Улыбка Вэлланор поблекла. Геор был таким нежным и осторожным… И все же, все было не так, как девушка себе это представляла. Старые свитки ничего не говорили об этом.Или она читала не совсем те, что нужно. Зато помогли советы Эветты, успевшей шепнуть новой королеве на ушко пару ободряющих слов. Милая Эветта. И почему ее не любят все остальные? Уже не раз Вэлланор, словно бы случайно, слышала разговоры о ее неподобающем образе жизни. Дамы шептались за спиной у королевы, причем так громко, чтобыона все слышала. Но Вэлла предпочитала делать вид, что ничего не слышит. Эветта и Рон — эти чудесные люди стали островками радости в ее новой жизни. Геор, конечно, тоже. Он так заботлив, так предупредителен… Совсем не похож на суровых лордов Тарима. Ей очень повезло — это она поняла уже сейчас, когда настоящая жизнь затмила все древние легенды о блистательных героях прошлого. Геор мог оказаться совсем другим. Например, таким, каким его порой рисовал придворный шут дедушки — старым развратником, глупым и жестоким. Дедушку очень забавляли такие истории. Но Вэлланор быстро научилась не верить им, ведь порой шут рассказывал такое и о тех, кто вырос рядом с ней, с Вэллой. Рассказывал просто для того, чтобы повеселить своего господина.
Геордор был не похож ни на ее деда, ни на отца… Пожалуй, он больше походил на Римара, ее старшего брата, которого она так давно не видела. Нет. Все-таки Геор напоминалочень и очень старшего брата, доброго и любящего, словно сошедшего со страниц древних сказаний. Он так добр. Заботлив. Но… Вэлланор зажмурилась, не решаясь признаться самой себе, что сейчас она больше всего на свете хотела бы увидеть мрачное и суровое лицо графа Ла Тойя, который так занят на своей проклятой службе, что даже ни разу не появился во дворце. Не пришел ни на свадебную церемонию, ни на пир, ни на торжества. Рон говорил, что граф занят делами — распутывает ниточки заговора, который якобы случился в королевстве как раз накануне свадьбы. Но Вэлланор все чаще казалось, что граф просто избегает ее, под любым предлогом отказываясь появляться во дворце. Быть может, это и к лучшему. Вэлланор даже не знала, что ему сказать, когда они встретятся. Но хотела увидеть его. Лучше всего издалека, мельком, чтобы знать — он жив и по-прежнему где-то рядом. И придет на помощь, если королева позовет своего героя.
Вэлланор обхватила голые плечи и принялась по-детски раскачиваться на кровати, обзывая себя последней дурой. Раньше это делали сестры, а теперь это нужно было делать самой. Иначе она начнет думать о себе слишком хорошо и станет заносчивой и глупой дамой, вроде тех, что вечно кружили вокруг мамы, с важным видом обсуждая того или иного кавалера, проявившего себя с не лучшей стороны. Потом так же стали говорить и сестры. Как же давно это было…
Вскочив с постели, Вэлланор босиком подбежала к окну и подставила лицо солнечным лучам. Мягкое осеннее тепло разлилось по телу, прогоняя мрачные мысли. Ей не хотелось думать о родных. Хотелось видеть только новые лица — Эветту, Рона, Геора, Сигмона… Найти новых друзей, отправиться на прогулку по реке, которую давно обещал устроить лорд Боргес, или выехать на охоту, во владения графини Тир, так напоминавшей мужчину. Она даже на свадьбу явилась в мужском верховом костюме. Но пока Вэлланор никак не удавалось избавиться от прошлой жизни. Она постоянно напоминала о себе. Ведь здесь, в замке, все еще находился ее дядя.
Их краткие встречи не приносили Вэлле никакого удовольствия. Дядя, казавшийся на фоне жизнерадостных ривастанцев еще более мрачным, чем обычно, постоянно напоминал ей о долге перед родом. О том, что она должна подарить наследника королю Ривастана и роду Борфеймов. Напоминал, что хоть сейчас она носит имя короля, но рождена онав другом краю, и ее семья помнит о ней. А вот Вэлле о ней помнить не хотелось. Герцог Борфейм слонялся по замку в окружении своих телохранителей, которых, казалось, не может заставить улыбнуться даже пирушка длиной в неделю. Дядя постоянно с кем-то шептался по углам, то с одним лордом, то с другим. Порой Вэллавстречала его в самых неожиданных местах, и ей начинало казаться, что дядя следит за ней. А вчера она заметила его в длинном переходе, ведущем в дальнее крыло замка, в комнаты прислуги. Дядя стоял в темной нише и тихо беседовал с невысоким человеком, одетым во все черное. Его широкополая шляпа закрывала лицо, и Вэлланор даже не сразу его заметила, — сначала решила, что герцог Борфейм разговаривает сам с собой. Но когда она заметила этого человечка, укутанного с ног до головы в черный плащ, у нее мурашки по спине побежали. Все это так сильно напомнило Каменные Чертоги и холодные ступени рядом с троном деда, что ей даже сделалось дурно. Вэлланор спешно ушла, да так быстро, что сопровождавшие ее камеристки ничего не заметили. Ни ее бегства, ни герцога Борфейма… Они бы и собственную маму не заметили, потому что постояннощебетали какие-то глупости, которыми, видимо, надеялись развлечь королеву. Но Вэлланор от этой трескотни о нарядах и новых кавалерах только мутило. Она так и не научилась пропускать эти глупости мимо ушей. Ей хотелось говорить с теми, кто ее понимал. Всегда.
Обернувшись, Вэлланор вернулась к кровати и накинула на плечи халат из нежнейшего белого шелка. Потом взяла с маленького столика у кровати серебряный колокольчик и позвонила.
Она знала, что Эветта уже ждет вызова. Она всегда рядом, и Вэлланор была ей бесконечно благодарна за это. На графиню всегда можно было положиться. Кажется, в этом замке только она да еще полуэльф видели в ней не королеву Ривастана, а Вэллу Борфейм.
Вэлланор подняла колокольчик и позвонила еще раз, хотя слышала, как за дверями раздались знакомые шаги. Прочь грустные воспоминания, прочь мысли о тайных делах дядюшки! В этот солнечный день нельзя думать о плохом. Нужно одеться, позавтракать с Геордором и отдаться последним солнечным дням этой чудесной осени, полностью погрузившись в волшебный мир Ривастана. В ее новый мир, который со временем станет еще более чудесным.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [ 17 ] 18 19 20 21 22 23
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.