read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Глотовым, что ли?.. А где он?
- Да наверху! - отвечала Мила с досадой. - Пьяненький с утра приперся, никак выставить не могу…
Лицо у Колодникова отвердело и стало суровым, чтобы не сказать беспощадным. Он круто повернулся и, играя желваками, ринулся в жерло подъезда, едва не сшибив с ног выносящего кресло парня. То и дело вжимаясь в стенку, чтобы пропустить грузчиков с ношей, кое-как добрался до распахнутых дверей Милиной квартиры.
Пьяненький Паша сидел на единственном оставшемся в кухне табурете и горестно клевал большим хрящеватым носом. Водка с закуской стояли на подоконнике. Просторные уши заместителя редактора утратили обычную восковую бледность и шли розовыми пятнами. Как, впрочем, и все его узкое лицо.
Услышав зловещее приветствие Колодникова, Паша вскинул голову и уставил на друга исполненные горя глаза.
- Ну хоть ты скажи… - уныло выговорил он. - Мила, она - как? В самом деле или мозги пудрит?..
- Паша, ты дождешься!.. - процедил Алексей, толчком указательного пальца сдвинув повыше дужку очков. - Ты у меня доиграешься, Паша!..
Не похожий сам на себя Паша Глотов (обычно в подпитии он был столь же энергичен и деятелен, как и в трезвом виде), как-то жалко взглянул на Колодникова, словно и впрямь ожидал брани и побоев. Потом засуетился, произвел массу лишних движений, извернулся в талии и, поспешно наполнив рюмку, протянул Алексею. Все это он ухитрился проделать, не отрывая задницы от табуретки.
- Вот… - произнес он виновато и испуганно.
Глядя на него, Колодников тоже малость подрастерялся, но заставил себя насупиться и принял рюмку твердой рукой.
- Короче… - выпив и крякнув, просипел он весьма внушительно. - Еще раз увижу, что к Миле клеишься, Бога не побоюсь - ноги повыдергаю! Имей в виду, я еще в прошлый раз заметил…
Решительно шагнул к подоконнику и с хрустом закусил огурцом.
Несчастный Паша смотрел на свирепого друга, и худое лицо его малость подергивалось.
- Да ни сном, ни духом… - побожился он, и узкие плечи его бессильно опали. - Я ж не поэтому пришел, Леш… - На близко посаженных серых глазах показались слезы. - Ты же ее лучше меня знаешь… Ты скажи: она - как?.. В самом деле медиум или придуряется?..
- Какая тебе разница? - окончательно опешив, спросил Алексей. - Газету раскупают - и ладно…
- Да Бог с ней, с газетой… - с отчаянием произнес Паша. - Плавать я не умею, понимаешь? И никогда не умел…
После этих странных слов Алексей невольно оглянулся - сначала на Глотова, потом - ища, где присесть. Присесть было некуда. Подоконник занят закуской, табуретка - Пашей.
- В седьмом классе… - еле слышно сказал Паша Глотов. - Я, главное, не хотел, говорил им: я же плавать не умею!.. А если лодка перевернется… И так и вышло! Перевернулась…Я же ничего не соображал тогда!.. Мне бы только на днище влезть, мне потом руки разжимали - так вцепился…
Паша всхлипнул и умолк. Потом заговорил снова:
- А Никита… Это я потом уже узнал, что Никита… А тогда - чувствую: за ногу кто-то схватил и тянет… Я его другой ногой… Со всей силы…
Колодников почувствовал, как лицо его само собирается в тугую гримасу.
- Утонул он?.. - тихо спросил Алексей.
Паша вновь вскинул наслезенные съехавшиеся к переносице глаза.
- Утонул… - выдохнул он со страхом. - Но я-то не виноват! Милиция потом разбиралась - сказали: никто не виноват… Несчастный случай… А теперь… - Паша сидел неподвижно.На лбу его и на горбинке хрящеватого носа сияли мелкие капельки пота. - Если все это правда… если накроет меня ночью… За что? За то, что плавать не умею?.. Да! Да! Да!.. Ударил ногой, утопил… Но с перепугу же, не со зла…
- Да может, он и не поэтому утонул-то… - неуверенно сказал Алексей.
- Может, и не поэтому… - обессиленно отозвался Паша Глотов. - А как узнать? Как теперь узнать?..
- А-а… - Колодников скорбно покивал. - Вон ты зачем пришел… Думаешь, Мила тебе поможет?..
- Ну пускай хотя бы скажет!.. - взвыл Паша. - Бояться мне, не бояться?.. Уезжать, не уезжать… Ну ты сам подумай! Это же все бросить! Газету только-только раскрутил!.. С нуля ведь поднял… Такую газету!..
Снаружи стонало и погромыхивало. Потом ветер поднапрягся и с громким хлопком распахнул форточку, заставив вздрогнуть обоих. По кухне загуляли сквозняки. Паша Глотов заматерился шепотом, схватил рюмку и, наполнив, оглушил без закуски.
«Господи… - глядя на него, в смятении думал Алексей. - Бедный Пашка… Как же мне повезло!.. Как же мне повезло, Господи…»
- Уезжай, Паша, - бросил он угрюмо и отрывисто. - Не гневи Бога. Уезжай!..
* * *
За каких-нибудь полтора часа внезапно нагрянувший ветер и впрямь придал городу прифронтовой, а то и блокадный облик. Он вымел из потаенных углов и выволок на улицы такую чертову прорву мусора, что Алексей только диву давался: откуда взялось столько дряни?..
Окончательно распоясавшись, ветер валил рекламные щиты на разножках и толкал на стоянках машины с такой силой, что те с перепугу включали противоугонные устройства и принимались надрывно выть и причитать.
Прохожих и лотошников поубавилось, и тем не менее жизнь продолжалась. Лица идущих навстречу выражали досаду по случаю мерзкой погоды, но не более того. Исхода беженцев также не наблюдалось… Не чувствуют за собой никакой вины или просто надеются на русский «авось»? В Америке бы уже, наверное, была всеобщая паника… Как в тридцать восьмом…
И Алексею невольно вспомнилось, как лет десять-двенадцать назад его угораздило попасть в шторм на Волге. Плоскодонная дюралевая «Москва» содрогалась и скрипела всеми своими хрупкими сочленениями. Двухметровые волны брали кораблик на излом. Пока шли вперевалку вдоль берега, было еще ничего. Приключения начались, когда «Москва» поравнялась с причалом и легла в разворот.
Первая же волна шлепнулась всей своей студенистой тушей прямо в одно из трех огромных окон на носу - крайнее слева. Лист оргстекла вылетел из хлипкой резиновой рамки и упал на передний ряд сидений (слава Богу, пустой), а по салону от носа к корме прокатился мутный полуметровый вал октябрьской ледяной воды.
Вскочившие пассажиры, приглушенно матерясь, отряхивали с оскорбленным видом рукава от влаги. Следующая волна все так же аккуратно, не разбив, выдавила следующее окно - и вал прокатился по салону вторично. Судорожно поджавший ноги Колодников видел, как сантиметрах в пяти от его подошв проплыла чья-то серенькая беретка с трогательным хвостиком. И лишь тогда пришла на ум изумленная восторженная мысль: «Братцы! Да ведь мы, кажется, тонем!..»
Тут же вспомнился «Морской волк» Джека Лондона: женский пронзительный визг, давка у шлюпок… Так вот ни черта подобного! Пассажиры «Москвы» с нездоровым, но радостным любопытством наблюдали за собственным караблекрушением. И только когда высадило третье (последнее) окно, а в салоне вовсю гуляли волны, народ (причем далеко не весь) с видимым сожалением потянулся по лесенке на палубу, то и дело оглядываясь и явно боясь прозевать, как будем тонуть…
Да, господа, это вам не Америка…
Хотя лет десять-двенадцать назад мы еще точно знали, что кораблекрушения случаются только за границей, у проклятых капиталистов. Советские были, непуганые… А впрочем, какая разница: советские, несоветские!.. Взять нынешний случай: одни ведь богатенькие бегут, да и то не все, а так - самые робкие… А прочие вон играют в домино да посмеиваются.
Смешное и страшноватое видение посетило Колодникова. Ну, допустим, Апокалипсис… Вот именно так, как он описан Иоанном. Изливаются с неба чаши, восходит звезда Полынь, лезет из моря многорогий тысячеглазый зверь… А кто-то даже на этом будет наваривать бабки. До последнего. «А то, типа, поздно потом, братва!..» Хм… А неплохая, кстати, мысль. Фирма «Двадцать четыре старца».
"БЕРЕМСЯ ОТМАЗАТЬ НА СТРАШНОМ СУДЕ ПО ШЕСТОЙ, СЕДЬМОЙ И ВОСЬМОЙ ЗАПОВЕДЯМ.
ОПЛАТА - ПО ДОГОВОРЕННОСТИ". А что? Звучит вполне солидно… Нисколько не хуже, чем на тех листовках насчет кармы…
Вот ведь времечко, а? Стоит пошутить, как выясняется, что это уже было сказано всерьез. Тебе - шуточки, а люди с этого со всего деньги давно гребут…
* * *
О Пашином несчастье Колодников решил дома не говорить, чтобы не вызвать у Александры неприятных воспоминаний об ознаменованном оплеухой вечере, и ограничился лишь рассказом про суматоху в райотделе да еще про то, как ему с помощью оперуполномоченного удалось выручить трудовую книжку.
- Кстати… - как бы невзначай добавил он. - Встретил на обратном пути Кирюшу Чернолептова. И знаешь, что он мне сказал?.. Приятельница твоя квартиру в соседнем доме покупает… Ну, медиум, ты еще с ней тогда блюдце по столу гоняла… Как ее? Мила, что ли?..
Новость эту Александра восприняла равнодушно, ничего такого не заподозрив, и лишь поморщилась, когда Колодников помянул ее давнее увлечение спиритизмом. Грех, братцы, грех. «Ворожеи в живых не оставляй…» Так, кажется, у Моисея?..
- И где только люди деньги берут?.. - закруглил Алексей, весьма натурально позевывая.
Но тут в разговор внезапно вмешался Димка.
- Это которая сейчас всем гадает? - сердито спросил он. - Тюрморезова?.. Ну, она у меня еще «извини» попросит! Подельника мне спугнула, овца…
- А ты-то ее откуда знаешь? - не поняла Александра.
- Откуда… - Димка фыркнул. - Говорил ведь лоху: не держись за гадалок - за Бога держись!.. Нет, пошел… А она ему, слышь, ма… Забирай, говорит, все бабки, какие есть, и уматывай из города! А то двух дней, говорит, не проживешь…
- Н-ну… так, наверное, карты выпали… - осторожно и вроде бы насмешливо предположил Алексей.
- Ага! - сказал Димка. - Выпали!.. А то я не знаю, кто ее подговорил… и за сколько… А ты еще спрашиваешь, где люди деньги берут! Там и берут…
Глава 20
Спать легли - еще одиннадцати не было. А уже в начале двенадцатого послышались крики. Ветер, кстати, так и не унялся - даже с наступлением ночи. Снаружи ныли провода, на крыше громыхала жесть, стекла окон вздрагивали. Сначала Алексею почудилось, что кричат во дворе, но потом, когда стену пронизал истошный женский вопль, стало ясно, что именно за стеной он и испущен - в соседней квартире.
«Что это они на ночь глядя? - с неудовольствием подумал Алексей и, приподняв голову, сердито взбил кулаком подушку. - Дня было мало - счеты свести?..»
Перевернулся на другой бок - и такое ощущение, что в результате неловкого этого движения прищемил сердце. Как будто иголочкой кольнули. Ахнул, приподнялся на локте… Широкое супружеское ложе пискнуло и слегка содрогнулось. Рядом с Колодниковым вскинулась Александра. Села, выпрямила спину.
- Что это?.. - спросила она дрогнувшим голосом.
«Скандалят…» - хотел было буркнуть Алексей, как вдруг понял, что приглушенные, едва различимые крики доносятся как бы отовсюду. Даже сверху, хотя квартира электрика Борьки была заведомо пуста - вот уже, наверное, вторые сутки. Должно быть, кричали на четвертом…
Александра нервно дернула шнурок ночника, и по потолку из дырочек абажура разбежались цветные блики. Колодников также сел, оглядел в тревожном недоумении стены, а потом его вдруг прошиб цыганский пот.
- Слушай, Саш… - в страхе вымолвил он. - Неужели…
Алексей не договорил, но супруга поняла его с полуслова. Доносящиеся отовсюду крики могли означать только одно: четыре отростка черной похожей на расплывшийся крест кляксы, которую они видели на листовках, несколько мгновений назад сомкнулись, слились воедино, в одно пятно, покрывшее разом почти весь центр города. Возмездие ворвалось в квартиры…
- Гос-споди… - прошептала Александра и позвала испуганно: - Дима!.. Ты слышишь?..
В комнате сына вовсю погромыхивали стулья и что-то, по обыкновению, падало. Спешно влезал в штаны, надо полагать… Вскоре Дмитрий - уже одетый - возник в дверном проеме, перегородив его плечищами.
- Пойду посмотрю… - недовольно пробасил он.
Александра стояла в ночной рубашке у открытой боковой дверцы серванта и, подхватив себя одной рукой под левую грудь, ворошила другой упаковки таблеток, весьма натурально при этом постанывая. Подобные представления обычно следовали после очередной размолвки, и Алексей по привычке ощутил досаду и раздражение. Нашла время!.. Если на то пошло, у него у самого сейчас отчетливо покалывала в груди с левой стороны все та же тоненькая иголочка, хотя прежде на мотор Колодников никогда, слава Богу, не жаловался.
- Сердце? - спросил он.
Александра, кинув таблетку под язык, издала жалобный утвердительный стон. Попросить у нее еще одну пилюлю для себя? Алексей подумал, угрюмо прислушался к ощущениям- и не попросил. Он вообще не верил в лекарства, делая исключение лишь для анальгина.
Димка тем временем кое-как зашнуровал кроссовки и вышел, хлопнув дверью. Супруги переглянулись в тревоге. Колодников снял со спинки стула рубаху, джинсы и принялсяодеваться.
- Ты тоже с ним?.. - спросила Александра, вцепляясь в его рукав. Явно боялась остаться одна в квартире.
- Нет… - поразмыслив, угрюмо бросил Алексей. - Хватит с меня. Находился уже, насмотрелся… Да отпусти ты! В окно только выгляну…
Он отдернул штору и припал лбом к стеклу. Двор был залит мертвенным синеватым светом. Непонятно, по чьей инициативе, но в стеклянный колпак над каждым парадным поставили по новой мощной лампе. Колодников ждал, когда внизу на крылечке появятся широкие плечи и крутой затылок Димки, но так и не дождался. Видимо, тот решил для начала разведать, что творится в их собственном подъезде.
Где-то у мусорных баков взахлеб голосило противоугонное устройство. Ветер вздымал и подолгу держал в воздухе обрывки полиэтилена, как будто и впрямь по двору бродили привидения чекистов. Одно взмыло и остановилось, кривляясь, перед самым окном, возле которого стоял Алексей. Потом опало, сморщилось и, вильнув, скользнуло вниз и вправо…
Потом кто-то выскочил из подъезда напротив и пробежал к арке, выводящей на проспект. Обернулся и проорал, неистово маша рукой кому-то невидимому:
- Я встречу!.. - или что-то в этом роде.
Вскоре показались люди и в ближней части двора. Кого-то выносили из соседнего подъезда, среди легковушек метались тени, хлопали дверцы. Вспыхнули фары, противоугонное устройство заткнулось…
Досмотреть, чем кончится дело, Колодникову и Александре, которая давно уже дышала прерывисто у него за левым плечом, не удалось, потому что в дверь позвонили. Отчаянно, несколько раз подряд.
Оба кинулись в прихожую, Алексей хотел открыть, но супруга ухватила за руку и не позволила.
- Кто?.. - срывающимся голосом спросила она.
- "Скорую" вызвать!.. - взмолились за дверью. - Саш, ты?..
- Нет у нас телефона! - отчаянно крикнула Александра. - В двадцатой есть, у Глечиковых!.. В двадцатой спроси, Клав!..
Умолкла - и виновато взглянула на мужа, хотя телефона у Колодниковых и вправду не было.
- Может, пойти помочь?..
- Чем?.. - сдавленно спросил Алексей. - Чем ты им поможешь?..
* * *
Димка вернулся лишь в первом часу и немедленно начал что-то лихорадочно подсчитывать на сложенном вдвое листке, даже не замечая, что родители стоят на пороге его комнаты и молча на него смотрят.
- Хоть бы рассказал, что там… - не выдержала наконец Александра.
Димка шумно вздохнул и, размашисто подчеркнув расчеты, поднял усталое озабоченное лицо. Синяки у него уже, можно сказать, сошли, только лишь на левой брови осталасьотметина шрамика.
- Да что рассказывать… - недовольно бросил он. - Двоих - насмерть, остальных - так, слегка… «Скорая» еще, говорят, в супермаркет вписалась… на проспекте…
- Хирурги?.. - ахнул Колодников. - Они же операции делают, людей режут… Неужели их за это?.. - Он запнулся.
Несколько секунд Димка смотрел на отца обезумевшими глазами. Потом встряхнул башкой.
- Не… - торопливо сказал он. - Ты чего, па?.. Врач - в порядке, фингалами отделался… И медсестра - тоже… Так, слегка красоту попортило - морду осколками посекло… Вот шофер, говорят, в отключке, с сотрясением… Ну, как въехали в зону - его и накрыло… Это еще притормозил он, когда разворачивался, а то бы точно всей бригадой навернулись…
- Боже!.. - выдохнула Александра. - Это что же теперь - к транспорту и близко не подойди?.. Пассажиры-то в чем виноваты?..
Колодников провел языком по пересохшим губам.
- А насмерть кого?.. - хрипло спросил он.
Димка помолчал, прочистил глотку.
- Одного не знаю, - сообщил он, - а второй - дедок из третьего подъезда…
- Ветеран?!
- Ну да… Всего искромсало. Я вот прикидываю: сколько ж он народу на войне положил?.. С виду и не подумаешь… - Димка хмыкнул и угрюмо покачал головой. - Затылок - как есть разнесло. Расстреливал, что ли, кого?..
- Ножевые раны - были?..
- Да и ножевых полно…
- Значит, не врал, что в разведке служил, - стисненным голосом отозвался Колодников. - Ну, стало быть, царствие ему небесное…
Почему-то испытывая неловкость, медленно перекрестился и вернулся, подавленный, в комнату, где, присев на край супружеского ложа, снова стал раздеваться.
Спать укладывались в молчании.
- Саш, а где иконка? - внезапно спросил Алексей.
Действительно, обшарпанной иконки Пречистой Богородицы Боголюбской над изголовьем не было.
- Сняла…
- Почему?
Александра поджала губы и ответила не сразу.
- Идолопоклонство…
- Так, - решительно сказал Колодников. - Я, по-моему, на вашу с Димкой веру не посягаю… Уж не знаю, к какой вы там секте принадлежите…
- Мы не секта! - возмущенно возразила она.
- Хорошо! Не секта! Конфессия… Можете отрицать иконы, можете отрицать крестное знамение… Но я - православный! И чтобы иконка тут - висела… Где она?
- В серванте, - недовольно сказала Александра.
Колодников, сопя, нашел в серванте иконку и с чувством собственной правоты водрузил ее на прежнее место. Отступил на шаг, вгляделся. Богоматерь стояла во весь рост на маленькой пухлой подушечке облака и показывала развернутый свиток плотной толпе махоньких, как детишки, праведников, сгрудившихся в правой части дощечки. Когда-то Колодников долго пытался найти в виноградной грозди нимбов золотистый пузырек с головой князя Андрея Боголюбского, но безуспешно - буковки поистерлись, а в лицо он Боголюбского не знал. Наличие этого князя среди святых всегда смущало Алексея. Стольный Киев спалил, лавру пограбил - а все равно святой…
Алексей нахмурился и, сосредоточившись на фигурке Христа в правом верхнем углу иконки, с достоинством перекрестился.
* * *
Не спалось. Погодка была из «Медного всадника» - перед наводнением, да и предчувствия - соответствующие.
Как у него все просто, у Димки… Да нет, даже не у Димки - у Матфея… «Отделит овец от козлов…» В том-то и штука, что не отделишь!.. «Скорая» вон в супермаркет вписалась… Выходит, достаточно одного козла за рулем, чтобы все овцы с ним за компанию накрылись…
«Да это хуже, чем бомбежка!.. - с содроганием думал Колодников, переворачиваясь на другой бок. - От бомбежки хоть в подвале укрыться можно! А здесь… Сколько же народу сегодня на тот свет отправится!.. Уже отправилось… Не дай Бог, казарму какую-нибудь зацепило…»
А Паша?.. И Алексей принялся мучительно вспоминать, где сейчас живет Паша Глотов. До развода обитал на «алюминьке», а теперь?.. Где-то в центре, но где?..
Но Борька-то, Борька!.. Вот жук! И хоть бы слово сказал, хоть бы обмолвился, что драпать пора!.. Хотя… Обмолвился и не раз. Пока в кухне сидели, все, как на блюдечке, выложил, обо всем предупредил… Да и раньше намекал, как мог…
Во дворе по-прежнему стонало, скрипело, погромыхивало. «Сердито бился дождь в окно, и ветер дул, печально воя…» Дождя, правда, нет, зато ветра навалом… Вот объявят завтра комендантский час - попрыгаем тогда… И очень даже просто!..
Спасибо Александре - вовремя за рукав схватила, а то бы так и выперся во двор вслед за Димкой… Тут Колодникову начал мерещиться раскромсанный ветеран, и стало ему совсем худо. «Расселось чрево его…» - всплыла и бросила в дрожь зримая до жути цитата. Откуда бы это?.. А!.. «Деяния апостолов». Смерть Иуды Искариота… Странно… А у Матфея по-другому: «Вышел, пошел и удавился…» На осине повесился… Хм… В Иудее - на осине?..
Тут Колодникову припомнилось вдруг, что «повесить на дереве» и «распять» - по сути, синонимы, и в разворошенном сознании сама собой возникла еще одна версия гибели Иуды. Представилось, что незримая беспощадная сила в момент смерти Христа настигает предателя и, взметнув, распинает на дереве. Тогда «расселось чрево» - это всего-навсего тот самый удар копьем под ребра, что нанес Иисусу римский легионер… Да… Вот так… И раскаяние ему не помогло, Иуде… Зря он первосвященникам во храме их сребренники швырял - чуть ли не в морду…
Новый порыв ветра сотряс оконные стекла, и Алексей, так и не одолев бессоницу, с недовольным кряхтением поднялся с супружеского ложа и прошлепал босиком на кухню, прихватив в прихожей из кармана куртки зажигалку и сигареты.
Беспощадно высвеченный с четырех сторон лежал за окном ночной безлюдный двор. Карнавал мусора… Сплошные хороводы пыли, кульков и газетных обрывков… Тоненько погромыхивали перекатываемые по асфальту пустые банки из-под пива, плавали медузами пластиковые пакеты. Потом с проспекта в арку зарулила легковушка, долго заезжала встрой машин возле мусорных баков, наконец стала на место и погасила фары. Правильно сообразил мужик: чем ждать «скорой помощи», проще уж своим ходом в травматологию доставить… Можно себе вообразить, что там сейчас творится в приемном покое… В центре города - ни одной больницы, сплошь поликлиники… Плохо дело: доставлять-то вон аж куда!.. А с другой стороны, можно сказать, повезло: и комплекс в безопасной зоне, и прочие стационары… А то бы еще и медперсонал накрыло…
Алексей хмуро наблюдал, как водитель легковушки, заперев дверцы и, надо полагать, включив противоугонку, с опущенной головой бредет к своему подъезду. Возможно, родственник какой-нибудь тому ветерану… царствие ему небесное… Все. Скрылся… Колодников пригасил сигарету в полной горелых спичек черной жестяной пепельнице - и задумался. Как всегда, черт знает о чем…
«Литераторы, блин! - желчно и устало размышлял Алексей. - С Рождества Христова только и делают, что придумывают нам симпатичных убийц… Прямо заговор какой-то!.. Нашли, понимаешь, пример для подражания!.. Рыцари, мушкетеры… Бандиты они, ваши рыцари - Константинополь грабанули, своих же христиан порезали!.. Или, скажем, тот же Д'Артаньян! В крови по брови, но обаятелен, мерзавец, сил нет!.. Взять бы сейчас этого Д'Артаньяна за кружевной воротник - и к нам во двор!..»
Алексей вновь ухватил недокуренную сигарету и, чиркнув зажигалкой, принялся в злобном упоении прикидывать, во что бы превратился тот же Д'Артаньян, доведись ему оказаться в ночной арке. Да он в одном только первом томе человек двадцать шпагой продырявил, если не больше…
«И ведь что интересно, - жадно, как-то даже мстительно затягиваясь, продолжал свою мысль Алексей. - Стоит только этим гадам писателям изобразить кого-нибудь тихого такого, знаете, невоинственного, как тут же оказывается, что подлец он, этот персонаж, обыватель и трус… Без чести, без совести и без любви к Родине… А будь он честен - давно уже кого-нибудь убил бы!..»
- Хм… - внезапно повеселев, промолвил Колодников и погасил окурок. Вспомнилось, что в старину слово «подлый» означало всего-навсего человека недворянского происхождения. То есть того, кто не имел права носить оружие… Да, все верно! Не убийца - значит подлец!..
Наклевывался афоризм.
«Мировая литература как диверсия против шестой заповеди, - с наслаждением сформулировал Алексей Колодников - и тут же встревожился. - А точно шестая - "Не убий"?.. Или какая она там по счету?.. Черт, забыл… Ладно, завтра у Димки посмотрю в Библии…»
Тем не менее он остался весьма доволен новорожденным своим афоризмом. Настолько доволен, что закурил вторую сигарету подряд.
«Нет, в самом деле!.. - вполне уже благодушно рассуждал он, неторопливо затягиваясь. - Христос сказал, что убивать нельзя. А убивать хочется. Стало быть, убийство надо как-то оправдать… А ну-ка, за работу, господа писатели!.. Изобразите-ка нам убийцу, приятного во всех отношениях!.. Та-ак… Рыцарь. Замечательно! Н-на!.. И семерых мавров - как не бывало… На-рмальна!.. Значит, можно убивать за веру - и греха на тебе нет. Это раз. Ради прекрасной дамы - это два. Ну, тут понятно: все зло от баб… Ева там, то-се, райское яблоко… Едем дальше… По велению чести… Ну, это святое!.. Ради дружбы… А как же!.. Мушкетеры-то… "Один за всех, и все за одного!" Клас-сики, блин!.. Ба-бах лучшегодруга на дуэли! Но - симпатичен… Ничего не попишешь, лишний человек… Сволочь ты, а не лишний!.. А уж современную литературу взять! Мама родная!.. Ну тут вообще полный беспредел… До того дошли, что шпионы в положительных героях ходят… Да их вешали всегда, шпионов, чтобы пулю на такую тварь не тратить… Хотя нет… Это в первую мировую вешали… Во вторую вроде перестали… Обменивать начали…»
Мысли уже путались, сигарета падала из пальцев, веки тяжелели. Колодников кое-как погасил окурок и, задремывая на ходу, двинулся в обратный путь.
* * *
А вот просыпаться решительно не хотелось. Тем более, что сновидение под утро явилось сумбурное, но в общем приятное. О чем - сказать трудно. Главное, кошмаров оно не содержало - в отличие от яви… Колодников слышал, как поднялась Александра, как она взволнованно говорит о чем-то вполголоса с собравшимся куда-то Димкой, - и всячески старался оттянуть момент окончательного пробуждения. Потом Димка вышел. По комнате прогулялся сквозняк и ласково, как кошка, потерся сквозь простыню о бедро Алексея. Форточка, судя по всему, была открыта - стало быть, ветер на улице все-таки унялся.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 [ 65 ] 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.