read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


«Вот и хорошо. Все-таки врач из нас двоих – я. Итак, Андрей, слушай первый вопрос…»* * *
Как и ожидал Сергей, Грыгадзе привез его в место, где можно «говорить» без помех. Покинув шумный центр, бандиты направились на восток, в один из промышленных районов Москвы. Когда-то здесь непрерывно коптили небо трубы, а заводы давали работу многочисленным обитателям окрестных спальных кварталов. Теперь же эта зона была безлюдной настолько, что даже милицейские патрули предпочитали ее не посещать. «Мерседес» остановился в узком тупике, окруженном со всех сторон высокими заборами. Ни лишних ушей, ни лишних глаз, ни видеокамер – идеальное, на взгляд Веснина, место.
Давид имел аналогичное мнение.
Во время дороги о делах не говорили. Телохранители привычно помалкивали, Грыгадзе несколько раз звонил по мобильному, но говорил не на русском, а посему, о чем шла речь, Сергей не понял. Но его это не особенно волновало – что бы там ни затевал уголовник, ничего толкового он сделать не успеет. А болтать о том, что с ним в машине сидит неудавшийся покойник, тоже не станет, во всяком случае до тех пор, пока не разберется в ситуации. Ну а «разобравшись», болтать не будет тем более.
Впрочем, одну из тем, которые затрагивал Давид во время своих гортанных переговоров, Веснин знал наверняка – Грыгадзе пытался узнать, куда подевались его люди.
Именно с этого вопроса бандит и начал разговор, когда они с Сергеем вышли из «Мерседеса».
– Мои люди исчезли.
– Двое парятся в малосимпатичном подвале, а один нигде не парится, потому что слишком много о себе возомнил, – не моргнув глазом, соврал Веснин. – Если все у нас с тобой пройдет нормально, получишь двух бойцов в целости и сохранности, только немножко побитыми.
Обман преследовал две цели. Во-первых – дипломатическую, следует показать Грыгадзе, что он, Сергей, не отморозок и с ним можно договариваться. А во-вторых – этическую, неудобно начинать встречу фразой: «Знаешь, Давид, я только что замочил твоих людей. Поговорим о деньгах?»
– Кого вы грохнули?
– Ираклия. К сожалению, он не сразу понял, что сопротивление не имеет смысла.
– Сопротивление кому? – поинтересовался уголовник. – Тебе, что ли?
– Мой папа тяжкими трудами скопил сто лямов, – с улыбкой произнес Веснин. – Неужели ты думаешь, что он не познакомил меня с людьми, способными решить столь несложную проблему?
Понятия о логике у Давида были, а потому он, переварив сообщение, осведомился:
– Почему эти люди сами ко мне не пришли?
– А зачем? Ты мужчина умный, понятливый, мы с тобой сами все порешаем к общему удовольствию. А за Ираклия извини. Мы не хотели.
– А если не извиню?
– То есть?
– Если придется возместить потерю? У Ираклия семья была.
Деньги. В разговорах с бандитами все всегда упирается в деньги. Кто кому и сколько. Веснину стало скучно.
– Обсудим, – не стал спорить Сергей. – Это твое единственное условие?
– Э-э…
Давид не знал, что делать. Перед ним стоял щенок, самый настоящий щенок с молоком на губах и тонким хвостом. Но держался сопляк как опытный переговорщик. И даже не в словах дело – в поведении, в уверенности, в ощущении собственной силы. Грыгадзе чуял, что говорит с матерым волчарой, закрывал глаза и чуял. А открывал, и видел перед собой безусого юнца. Пустое место видел перед собой Давид, когда открывал глаза, а потому дергался, не зная, как себя вести.
– Компенсация – твое единственное условие?
Грыгадзе поморщился:
– Я хочу знать, что нужно тебе?
– Я хочу, чтобы ты прекратил меня преследовать, – тут же ответил Веснин. – И еще я хочу, чтобы ты назвал мне имя заказчика.
– Две услуги взамен одной, – заметил Давид.
– А ты внимательный.
– Парень, – угрюмо произнес Грыгадзе.
«Я уже парень, не мальчик. Расту, черт побери!»
– Парень, ты смог меня удивить. Но вот злить меня не надо.
– Уловил, – кивнул Сергей. – Приношу искренние извинения. И прошу войти в мое положение: для меня все происходящее в диковинку.
– Что получу я кроме компенсации? – спросил уголовник.
Веснин почесал кончик носа.
– Видишь ли, Давид, сейчас между нами все ровно. Тебе дали деньги за мою жизнь, у тебя не получилось. Ты умный человек, ты понимаешь, когда надо отступить. Ты говоришь, кто заказчик. В принципе я догадываюсь, но мне нужно подтверждение. Ты называешь имя заказчика, я решаю наши с ним вопросы, ты в стороне. Немножко заработал, поднял с земли копеечку, остался жив.
Последние слова не прозвучали угрозой. Так, упоминание факта. Мимоходом. Грыгадзе знал цену таким вот, на первый взгляд случайно оброненным словам, однако сейчас решил не обращать на замечание пацана внимания. Ну, не мог он всерьез воспринимать прыщавого студента.
– Мало.
– А на мой взгляд, вполне достаточно.
– Между нами кровь.
– Ты на меня наехал.
Давид понял, что выбирать линию поведения нужно сейчас. И он выбрал.
– Между нами уже кровь, парень.
– Именно поэтому пришел с тобой говорить я, – в тон Грыгадзе отозвался Сергей, – а не мои люди.
Ага, огрызнулся. Проверим, что у тебя внутри: сталь или дерьмо?
– Словами вопрос не решить, – выдал Давид. – Сейчас мое мнение важнее.
– Потому что я пришел один?
– Да, парень, потому что ты пришел один. – Грыгадзе скривил губы и сделал короткий шаг вперед. – Не нужно быть гребаным романтиком, парень. Не следовало приходить ко мне одному.
Заявление прозвучало весомо, однако юнец в лице не изменился. Не побледнел.
– Но ведь это ты не можешь найти своих людей, Давид, – напомнил уголовнику Веснин. – Ты, а не я. Прислушайся к своим гребаным инстинктам и сделай, черт бы тебя побрал, правильный выбор. В последний раз предлагаю.
– Ты мне угрожаешь?
– Теперь – да.
Грыгадзе сделал еще шаг. Он дышал в лицо Сергею, а пузом терся о ветровку. Массивный. Сильный. Злой. Вот-вот ударит.
– А подумал ты хорошо?
– Я – отлично, а ты?
– Я тоже.
– В себе уверен?
– Абсолютно.
– Проверим?
– Проверим.
– В таком случае, держись, Давид.
Назад ходу нет. Ни для кого.
«Дурак ты, парень. В Москве законы волчьи: пока ты жив, ты чего-то стоишь, а за мертвого мстить никто не будет. Какими бы крутыми твои дружки ни были…»
Грыгадзе хотел ударить, и тем самым дать сигнал своим людям врезать наглому щенку, но вдруг с ужасом понял, что не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой. Не способен ничего сказать. Даже всхлипнуть. Он мог лишь стоять, бессильно наблюдая за матерым щенком. Только думать мог. Но мысли, поначалу ясные, вдруг поскакали перепуганными зайцами, метнувшись прочь от непонимания происходящего.
– Большая ошибка, Давид.
Ответить Грыгадзе не мог.
– Хочешь посмотреть на своих мальчиков?
Повинуясь неслышному приказу Сергея, телохранители Давида встали перед хозяином, вытащили пистолеты, накрутили на них глушители и навели друг на друга. Из их глаз текли слезы.
– Я знаю несколько фокусов, – объяснил Грыгадзе Веснин. – И так силен, что могу проломить даже инстинкт самосохранения.
Хлопки раздались одновременно. Мордовороты упали.
– Кстати, я тебе соврал: посланных тобой ублюдков я шлепнул сам, без друзей. – Сергей нехорошо улыбнулся: – Теперь разберемся с тобой.
Грыгадзе судорожно вздохнул. Дышать-то ему никто не запрещал.
– Ты будешь говорить правду и только правду, как в американском кино. Я думаю, тебя наняла Мария Крестовская, моя… мама. Это так? Отвечай.
– Да, – подтвердил Давид. – Это так.
– Хорошо, – после паузы произнес Веснин. – Ну, в смысле, плохо, конечно, все-таки маму жалко, но хорошо, что ты не врешь. Как ты должен отчитаться о проделанной работе?
– Она назвала номер телефона.
– Звони.
Грыгадзе извлек из кармана телефон – как же ему хотелось вытащить пистолет! – и набрал номер:
«Кричи! Вопи! Рассказывай правду!»
Нет, нет, нет. Не получается сказать ничего лишнего. Слова не выходят, не складываются, мольбы о помощи не услышаны. В трубку летит только то, что приказал щенок. Жалкий на вид и такой страшный щенок.
– Это я, Давид. Все в порядке. Завтра я позвоню на этот номер и скажу, как мы рассчитаемся.
– Молодец, – похвалил уголовника Сергей. – Теперь подними с земли пистолеты. Сначала один, потом другой.
Веснину доводилось убивать. Давным-давно, еще в Афгане. Полученная на той войне закалка здорово помогла ему в девяностых. Однако главную черту – убивать только на войне – Сергей до сегодняшнего дня не переходил. И вот теперь, готовясь отправить на тот свет шестого за день человека, Веснин неожиданно понял, что закостенел. Что благодаря своему впечатляющему превосходству поставил смерти на поток, превратил в конвейер, в рутину. Одним больше, одним меньше… свидетелей оставлять нельзя… Сергей не упивался своим положением, не щелкал «жалких людишек», ему было просто все равно.
«Это неправильно! Да, они убийцы, воры и насильники, но я-то – человек! Я должен от них отличаться!»
А в следующий миг подумал, что для его замысла «все равно» – лучшее, что только можно пожелать. Ибо при любом другом отношении операция может сорваться.
Тем временем Давид оставил отпечатки на одном пистолете, бросил его, поднял второй и теперь мялся, держа оружие в руке и не в силах направить его на врага. Мялся и плакал, дожидаясь, пока задумавшийся Веснин не обратит на него внимание.
– Грыгадзе! Я едва не забыл о тебе, хренов уголовник! – Сергей потер себе переносицу, словно пытаясь выдавить из головы дурацкие сомнения. – Ну-ка вложи ствол себе в рот…* * *
Если бы не обстоятельства, нынешний контракт стал бы настоящей жемчужиной в коллекции Пандоры. Его извращенная красота доставила бы «резчику» незабываемое, изысканное удовольствие, сравнимое разве что… Нет, ни с чем не сравнимое. Все меркло на фоне чувственного блаженства, получаемого «резчиком» в момент работы с «искрой». В момент, когда он становится Богом.
Но в этот раз…
В этот раз было нечто, мешающее Пандоре сполна насладиться предстоящей операцией. Не опасная близость к Подстанции, в которой, как паук в сотканной им паутине, сидел ненавидящий ее Карбид, нет. Повышенный риск лишь добавлял остроты ощущений, обжигающим перцем ложась на далеко не пресное блюдо. Опасность вдохновляет, будоражит и совсем не мешает получать удовольствие от работы. А вот давление раздражает.
Умом Пандора понимала, что выторговала себе весьма неплохие условия: один к трем, это серьезно. Однако с эмоциями ничего не могла поделать – злилась. На себя. На них. На Карбида.
А злость мешает наслаждаться. Превращает острое в пресное. И тогда в голову лезут неприятные мысли…
Мартин Издерас являл собой один из классических архетипов российского предпринимателя, выросшего в девяностые годы. О его прошлом, то есть о том, чем Издерас занимался до распада Советского Союза, говорили скороговоркой, словно намекая, что там не было ничего интересного. Родился, учился, вырос, поступил в институт. Был октябренком, пионером, комсомольцем и даже успел вступить в КПСС. На первый взгляд – ничего особенного. Если бы не одна деталь: поступил Мартин не куда-нибудь, а в МГИМО, один из самых закрытых советских институтов, готовящий кадры для Министерства иностранных дел и… разведки, разумеется. «Чужих» в это заведение брали неохотно, а поскольку похвастаться высокопоставленными родственниками Издерас не мог – родители Издераса жили под Оренбургом, куда их во время войны сослали с Поволжья, – то в этой маленькой детали его биографии таилась масса загадочного. Ну, если забыть об уме Мартина и его врожденном таланте к изучению языков. Из института Мартин вышел, прекрасно говоря на английском, французском и португальском языках, и сразу же отправился в Африку. С этого момента жизнь Издераса, судя по всему, стала еще более насыщенной, а вот правдивая информация о ней исчезла вовсе. По одной версии, распад Союза Мартин встретил в звании капитана военной разведки, по другой – майора КГБ, по третьей, официальной, – будучи обыкновенным журналистом ТАСС. Как бы там ни было, в девяносто третьем году Издерас оставил журналистику и основал небольшую транспортную компанию, самолеты которой летали по всему Черному континенту. И перевозили весьма специфические грузы.
Примерно через год Мартин стал королем африканского оружейного рынка, человеком, способным за считанные дни оснастить небольшую армию. Издерас поставлял оружие советского производства, чем вызывал понятную злобу у конкурентов, которым покровительствовало ЦРУ и которые трижды пытались захватить опасного соперника, но безуспешно – Мартин был крайне осторожен.
Он всегда был осторожен.
– А еще ты не любишь, когда тебе мешают, – пробормотала Пандора и сделала маленький глоток вина. – Впрочем, этого никто не любит.
Издерас явился в ресторан в сопровождении длинноногой блондинки и двух телохранителей. Здоровяки заняли соседний столик, а блондинка устроилась рядышком, благо диванчик позволял, и изредка прижималась к Мартину обнаженным плечом. Все правильно: жена дома, еще не отошла от тяжелых родов, поэтому в свет Мартин выходит с девочками из эскорт-сервиса.
Раздражение, которое испытывала Пандора, наложило отпечаток на всю операцию. В обычном случае она заявилась бы в ресторан с кавалером, сделала бы пару намеков клиенту, после чего стравила самцов, милостиво позволив им «самим» определить, кто больше достоин ее внимания. Однако сейчас играть не хотелось. Хотелось быстрее разделаться с заданием и покинуть Землю, оказаться подальше от проклятого Ручного Привода и беспощадного Карбида. Поэтому Пандора использовала более действенный, более быстрый и омерзительно скучный способ. Гипноз. Даже не гипноз, так, легчайшее касание «искры».
Работала Пандора аккуратно, поэтому результат пришел не сразу. Некоторое время Мартин продолжал вести себя как обычно: улыбался блондинке, изредка что-то шептал ей на ушко, вызывая недлинные приступы заливистого смеха – хорошо подготовленная девочка знала, что долгое веселье клиентам не нравится, – но при этом держался в рамках приличий, не лапал публично податливое тело, подобно некоторым своим коллегам по нервному быту миллионеров. Легкий ужин, красное вино, приятная музыка, вышколенная девочка… Издерас отдыхал. Однако через некоторое время стал все чаще и чаще останавливать взгляд на Пандоре.
«Нравлюсь?»
Конечно. Сила вернувшейся, полностью раскрывшейся «искры» заставляла сиять великолепно сложенное тело. Не нимбом, разумеется, сиять.
Минут через тридцать после начала ужина Издерас поднялся, сделал телохранителям знак оставаться на месте и подошел к женщине.
– Вы позволите? – Присел, не дожидаясь разрешения.
– А если не позволю?
– Я ненадолго. – Он знал, что обаятелен, и умел этим пользоваться. – Вы ведь меня не прогоните?
– Во всяком случае, не сразу, – милостиво кивнула женщина.
– Меня зовут Мартин.
– Пандора.
– Редкое имя.
– Это псевдоним.
«Проститутка?»
На лице Издераса отразилось разочарование. Столь сильное, что Пандора не удержалась – рассмеялась:
– Я не оказываю услуги, Мартин, я хочу сохранить инкогнито.
Она прекрасно знала, что каждый увидевший ее мужчина мысленно нарекал ее «королевой». Меньшего никто не видел. Не хотел видеть.
– Тогда все в порядке, – облегченно выдохнул Издерас. И тут же перешел в наступление: – Мне почему-то кажется, что мы с вами уже встречались.
Примитивная, конечно, атака, но Пандора милостиво списала идиотскую фразу на потрясение, которое испытал Мартин, приняв ее за проститутку.
– Я бы запомнила.
– Но я точно вас видел.
– Возможно, на какой-нибудь премьере?
– Гм… возможно.
– Или мы как-нибудь летели одним самолетом… Вы давно были в Вене?
– Два месяца назад.
– Я посещала Австрию примерно в это же время.
Ложь, конечно, но ведь нужно как-то объяснить тот факт, что Мартин ее «узнал». А узнал он ее потому, что его «искру» ласково поглаживал гипноз.
– Путешествовали?
– Можно сказать и так.
– Чем вы занимаетесь, Пандора?
– Пью вино и разговариваю с весьма привлекательным мужчиной.
– А в свободное от удовольствий время?
– Колдую.
Издерас улыбнулся:
– Так вы ведьма?
– Именно это вас и привлекло. Разве не так?
– Меня… – Мартин не нашел что ответить. – То есть вы меня околдовали?
– Вас это беспокоит?
– Еще не знаю.
– Вам нравится быть околдованным?
– Ну, раз я все равно околдован, то могу говорить что вздумается, так?
Пандора кивнула:
– Так.
– Я хотел бы провести этот вечер с вами.
– А как же ваша спутница?
– Сейчас она уедет.
Пандора помолчала, внимательно глядя на Мартина, а затем едва заметно кивнула:
– Пусть уезжает.* * *
«Так, слева чисто. Справа… – Олег повернул голову. – Ну, что ты здесь забыл? Уезжай! Пошел прочь!»
И водитель «девятки», непонятно откуда выехавшей на пустынный переулок, словно повинуясь мысленному приказу молодого человека, свернул во двор.
«Вот так!»
Олег снова посмотрел налево – все, как было у классика: «Ночь, улица, фонарь, аптека». Ночь летняя, московская, разогретый днем асфальт щедро отдает тепло, а потому нет необходимости надевать ветровку – майки вполне достаточно. Улицу заменяет уставленный припаркованными легковушками проезд, идущий вдоль забора Михайловской больницы. Фонарь стандартный, белого света, пришпилен к макушке бетонного столба. Аптека заперта, только зеленый крест слегка светится.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [ 25 ] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.