read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Девушка медленно подошла к нему и, улыбнувшись, развела руками:
– Увидела надпись «Кинозал» и решила узнать, зачем он здесь?
Вместо ответа старик протянул Юле визитку: «Аскольд Артурович Арчибальд. Кинохроникер со стажем. Услуга не отключается».
– Кинохроника? О чем?
Арчибальд достал блокнот:
«Кино – от двигаюсь. Хроника – от время. Моя профессия – классическая кинохроника: я двигаю время».
Девушка поняла. Кивнула на экран:
– Это…
«Кинохроника. Кстати, единственная, которую я попросил озвучить».
– А можно еще посмотреть?
«Продолжить?»
Юля поняла, что вопрос с подвохом.
– Вы можете показать что-нибудь другое?
«Я надеялся, что вы попросите».
Старик сделал приглашающий жест. Девушка послушно присела в неудобное кресло. Свет погас, за спиной Юли застрекотал проектор, и на экране появились черно-белые кадры.
«Действительно хроника…»
Но хроника чего?!!
Московский сквер, притаившийся во дворе дома. Осенние тополя. Кусты, потерявшие изрядную часть листьев. Моросящий дождь. Тучи, царапающие телевизионные антенны на крыше.
Юля закусила губу. Звука не было, только стрекотание проектора, однако девушка вспомнила фразу, которая сейчас прозвучала: «Смотрите, ему страшно!»
Кому ему? Щенку, что через секунду явится в кадре. Маленькому, коричневому щенку с большими влажными глазами. Мокрому от дождя. Хромому.
– Ему страшно, – прошептала Юля.
Щенок вышел из-за металлической «ракушки», что поставил во дворе дядя Гриша, сосед с четвертого этажа.
«Да, все было именно так».
– Он потерялся.
Щенок жалобно посмотрел в камеру и неуверенно вильнул хвостом.
– Пойдем со мной.
На мгновение экран почернел, а когда изображение вернулось, сквер исчез. Щенок стоял в прихожей, внимательно обнюхивая женские сапоги.
– Мама, – едва слышно пролепетала Юля. – Не надо.
Вышедшая в коридор женщина всплеснула руками.
– Не надо…
Строгое лицо, не закрывающийся рот, недвусмысленнее жесты. Изображение расплывается, мешают слезы, но Юля не отрывается от экрана, по которому двигаются картинки ее жизни.
– Хотя бы покорми его… Пожалуйста…
Снова сквер. Снова дождь. Коричневые листья на земле, коричневый бок «ракушки», коричневый щенок, сворачивающийся калачиком у металлической стены. Он засыпает. Детская рука на лобастой голове. Девочка знает, что щенок не проснется.
Кинопроектор остановился. Вновь вспыхнул свет. Дверь отворилась, и в зал вошли двое мужчин. Темноволосый красавчик, широкоплечий и яркий, одетый в модные брюки и вызывающе дорогую рубашку. А в шаге за красавчиком – его антипод. Невысокий худощавый мужичок с серыми волосами, серым лицом и серым взглядом. И черной татуировкой на шее.
«Вот и они…»
Юля вытерла слезы.
– Зачем вы напомнили мне эту историю?
К некоторому удивлению девушки, ответил не красавчик, а серый:
– Вы хотели посмотреть кинохронику, Юля.
Серая внешность и в то же время – глубокий, мужественный голос.
– Почему именно этот эпизод?
– Аскольд Артурович безошибочно выбирает самые главные моменты нашего прошлого. Те, в которых мы видим себя настоящих.
– Я его убила.
– Вы не сумели спасти. Это другое.
Старик аккуратно укладывал пленку в коробку, не обращая никакого внимания на говорящих.
– Кто вы? – спросила девушка.
– Меня зовут Ясень, – отозвался красавчик. – Я комендант Подстанции.
– Меня зовут Карбид, я старший помощник коменданта, – выдержав паузу, произнес серый. – Пойдемте, Юля, нам нужно поговорить.* * *
– Мама! Мама! Посмотри, какую я построил башню!
Толстенькая девица отложила книгу, встала с лавочки, подошла к песочнице и одобрительно кивнула:
– Очень красивая.
– Она не красивая! Она мощная! Смотри, я сюда солдат поставлю!
Мальчишка увлеченно расставлял пластиковых бойцов по песчаной крепости. Его мамаша рассеянно улыбалась – подружек не было, поболтать не с кем, книга, по всей видимости, надоела, вот и приходится таращиться на игры сынишки. Хоть какое-то развлечение.
Пандора отвернулась.
– Дедушка, почини машинку!
«Проклятие!»
– Бабушка, Вовка меня обижает!
Играющие дети, их мамаши, бабушки, дедушки… И она посреди.
«Какого черта я делаю на детской площадке?!»
Никогда в жизнях, ни в тот раз, ни в это свое возвращение на Землю, Пандора не бывала ни в школах, ни в детских садах, ни на детских площадках. Бежала прочь от лепета и наивного смеха, и вот, на тебе! Шла по бульвару, услышала визг и гомон, хотела по привычке уйти, но ноги почему-то не послушались. Пришла, уселась на лавочку, пристально глядя на играющих детей, чувствовала, как нарастает раздражение, но… Но не уходила.
Почему?
Чтобы увидеть то, чего никогда не было? От чего отказалась?
– Тетя, почему вы такая грустная?
Пандора вздрогнула и пронзительно посмотрела на кудрявое чудо трех или четырех лет, что неслышно подобралось на расстояние вопроса.
– Я?
– Вы.
Она хотела разозлиться, пыталась заставить себя разозлиться, рявкнуть что-нибудь яростное в ответ на безапелляционный вопрос. Но не смогла. Ничего не смогла. Зато почувствовала, как предательски защипало в носу.
– У вас что-то болит?
«У меня? Да, наверное…»
– Я не грустная, – тихо ответила Пандора. – Я просто задумалась.
– А где ваш ребенок?
– Он… дома.
– Он заболел?
– Да, он заболел.
– У вас мальчик или девочка?
– Девочка. У меня маленькая девочка.
«Зачем я это сказала?»
– Как ее зовут?
– Катя. Ее зовут Катя.
Такое чувство, будто язык живет собственной жизнью. Лепит ответы, не консультируясь с хозяйкой.
– Как бабушку?
«При чем здесь бабушка?»
– Как меня.
– А-а… А меня назвали Галей, как бабушку. Она умерла еще давно, когда меня не было. Но мама говорит, что я на нее похожа. Вот. А ваша дочка похожа на бабушку?
«Еще один вопрос, и я заплачу, – поняла Пандора. – Разрыдаюсь, как последняя дура».
На ее счастье, девочку окликнули.
– Галя! – Брюнетка, сидевшая на противоположной стороне площадки, помахала дочери рукой: – Иди сюда, не приставай к тете.
– А когда Катя поправится, мы сможем с ней поиграть?
– Конечно, – сглатывая подкативший к горлу комок, прошептала Пандора. – Обязательно. Я обещаю.
– До свидания, тетя Катя.
– До свидания, Галя.
Пандора проводила девочку взглядом и закусила губу.
«Когда я сломалась? Когда мне вывернули руки? Нет, это стало последней каплей. Во время разговора с Весниным? Да, наверное, тогда. Или я не сломалась? Просто депрессия?»
Нет, не депрессия.
Веснин вернулся, чтобы помочь сыну. Рискнул Силой и Вечностью, поставил на карту сбывшуюся мечту, плюнул на все и вернулся. А потом пошел и сдался комендантам, позволив «искре» сына вернуться в тело. Сергей Веснин дважды отказался от невероятного ради своего ребенка. Он ушел наверх, во Вселенную, но остался здесь, на Земле, в своем сыне. И продолжит жить в своих внуках.
Потому что если у человека нет детей, он живет наполовину.
«Так говорят мужчины. Мужчины, черт бы их побрал! Охотники и сластолюбцы. Так они говорят. Настоящие. А я – женщина! Что, если у женщины нет ребенка? Наверное, она не живет совсем?»
Ублюдочная телепатия. Проклятый Николаев со своей кузиной. Сукин сын Веснин, ни на секунду не усомнившийся в правильности своих поступков. Веснин, черт бы тебя побрал! Веснин!
«Мама говорит, что я похожа на бабушку!»
«А что у меня? Ничего. Моя „искра“ просто отлетела, не породив еще одну „искру“, не оставив на Земле частичку себя, не принеся ничего нового во Вселенную. И теперь я вернулась, чтобы творить зло».
– Я – «резчик»! – прошептала Пандора. – Я – уникальная «искра».
Но привычного прилива гордости не испытала. Наоборот, при слове «резчик» стало противно так, словно заставили раскусить живого таракана.
Кому ты нужна со своим сволочным талантом и неуемной гордыней? Зачуханному Царству? Чокнутым клиентам, в чьи гнилые «искры» ты всаживаешь чужие силы? И ради чего? Чтобы на мгновение почувствовать себя Богом? А Он в это время смотрит на тебя и презрительно усмехается.
– Я не сломалась!
Пандора скрипнула зубами и злым рывком поднесла к уху зазвонивший телефон:
– Да!
– Юля вернулась.
Она не сразу поняла, о ком идет речь и почему ей сообщают о какой-то Юле. Пять секунд. Десять. Собеседник терпеливо ждал, а она молчала.
Пятнадцать секунд.
– Юля вернулась, – рискнул повторить Мартин.
– Я еду, – сказала Пандора. – Жди.* * *
Дом, милый дом, родной дом.
Чем больше времени ты в нем живешь, тем более обыденным он кажется. Чем-то возмутительно постоянным, вечным. Ты забываешь, что в его окнах горит твой свет, и превращаешь жилище в склад ненужных вещей, захламляешь шкафы и антресоли, мечтая выкинуть все это или сбежать, пока тебя не придавил груз прошлого. Ты смотришь на стены, но видишь перегородки, отделяющие тебя от дыхания соседей. Ты привык.
Но стоит уехать, хотя бы ненадолго, на пару недель или месяц, стоит очутиться за пределами привычной Вселенной, и ты вспоминаешь дом как частичку себя. Как терпеливого пса, который будет ждать тебя, что бы ни случилось.
Ты понимаешь, что дом – не сковывающий груз, но якорь, надежно удерживающий тебя на волнах жизни. Ты понимаешь, что дом – единственное место в мире, где может поселиться любовь.
Юля повернула ключ, открыла дверь и шагнула в прихожую.
– Олег!
– Юла!
Он ждал? Конечно, ждал. Вопрос неуместен, достаточно посмотреть в глаза.
– Олег!
– Милая! Я так за тебя боялся.
Юля вернулась в свою крепость, в свою Вселенную. Вернулась туда, где ее ждали. Думали о ней. Вернулась, чтобы прижаться к груди любимого и вдохнуть его запах. Чтобы закрыть глаза и понять, что она дома.
– Я люблю тебя.
– Я люблю тебя.
– Итак, ты заманил девушку на Подстанцию, – угрюмо произнес Ясень.
– Это было несложно, – ответил Карбид. – Юля искала интересный материал для статьи, а я немного помог. Подтолкнул ее мысли в нужном направлении.
Нарушение, конечно, но не серьезное. В случае необходимости коменданты, не задумываясь, вторгались в головы людей – и гипнотизировали, и память стирали. Другое дело, что обычно для этого требуется согласие напарника.
– Затем ты развил ее «искру», запустив Ручной Привод, когда Юля находилась рядом.
– Роковая случайность. Девушка заблудилась в подвале и вышла к Ручному Приводу в неподходящий момент.
– Готовишь объяснение для следователей?
– Не хочу подставлять Черепаныча.
– Почему бы ему не пострадать за доброе дело?
– Потому что это мое доброе дело, – усмехнулся Герман. – Только мое.
Виктор помолчал, затем холодно продолжил:
– После ты отправил девушку в лабиринт.
– Она должна была научиться пользоваться способностями.
– Целый букет нарушений.
– Знаю.
Ясень не открыл расследование, но он не давал слова не открывать его. Большая разница. Отправь он сейчас донесение наверх, и через десять минут Карбид слетит с должности, как дельтаплан с Эвереста, даже не почирикает на прощанье. Через неделю пришлют сменщика, для которого Виктор станет ветераном. Но…
Всегда есть проклятое «но»!
Ясень отвернулся и, не глядя на Германа, спросил:
– Как ты вышел на Юлю?
Он догадывался, что услышит в ответ.
– Горелому сообщили имена двух доноров, а не одного. Мне оставалось только ждать.
– Кто сообщил Горелому?
– Отец. Он занимал высокую должность в вашем Царстве.
– Его «искру» уничтожили.
– Я знаю.
А сам Горелый никогда не вспомнит об отце. Второй круг, полное стирание. Смерть и беспамятство, и все ради каких-то людей, ради мелких пешек в вечной игре Царств.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 [ 47 ] 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.