read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Прекрати, — Олег почувствовал, как по спине прошла дрожь.
— Так по чести? — настаивал мальчишка. Казалось, ему доставляет удовольствие пугать себя самого.
— И что же это — вир-рай? — спросил Олег. Богдан хмыкнул:
— Высоко летаешь!
— А у тебя выросли зубы… — заметил Олег.
— Жизнь уж такая…
Подошел Йерикка — сзади, а спереди подошел дождь. Олег спросил, не поворачиваясь:
— Что там?
— Сейчас будем переправляться.
— Широко тут?
— Сажен сто.
— Господи…
— Вот и я то же сказал — не помогло.
— Ладно, — вздохнув, Олег начал снимать плащ. Йерикка и Богдан смотрели на него в изумлении. Наконец Йерикка спросил вкрадчиво:
— А что это ты делаешь?
— Тьфу! — Олег сплюнул. — Дошёл!
— То он, чтоб не замочиться, — сказал Богдан. Йерикка поддержал:
— В мокром ходить так неприятно…
— Смешно до уссачки, — с отвращением сказал Олег.
Гоймир отдал приказ ломать сухой камыш для плотиков — переправлять
оружие и крошна. Ругаясь и проваливаясь в жижу до колен, мальчишки камасами и чеканами рубили хрусткие серые стебли, увязывали их веревками… Кое-кто уже разувался — плыть в обуви было, конечно, глупо — и с отвращением ступал босыми ногами в прибрежную мерзость.
— Холодно, сучий потрох, — оповестил всех Мирослав. Ему предложили помолчать. В воду пока никто не шёл — все всматривались в пики гор впереди, верст за пятнадцать — Моховые горы…
…И вдруг Олег ощутил отчетливое, странное и заманчивое желание. Сбросить с плеч автомат и винтовку, оттолкнуть ногой крошно, повернуться и… уйти. Идти, идти. идти, пока впереди не появится Рысье Логово. Оттуда — на юг. Как обещано. И — домой. И пусть все идет к черту. К черту. Он доберется, его не убьют по дороге. Он больше не хочетни этого неба, ни этой мокрой, холодно земли, ни этих парней вокруг. Он отказывается от них, он вычеркивает себя из их мира — а значит, и этот мир не будет иметь власти над ним! Мальчишка молча смотрел себе под ноги, глядя, как между пальцев просачивается жидкая грязь.
К черту. К черту. К черту.
Сейчас он уйдёт.
ИНТЕРЛЮДИЯ:
"ВСТУПЛЕНИЕ"Я ел ваши хлеб и соль.Воду вашу и водку пил.Ваша гибель была моя боль.Вашей жизнью — мою купил.Я делил с вами все подряд —Ваши бури, борьбу, пиры.Там, где рай и ад, я вам был, как брат —За морями сии миры.Я писал сказку наших дней,Горечь правды вкусив сперва.Я писал о ней — но она страшнейИ важней, чем мои слова.Стихи Дж. Р. Киплинга.* * *
— Пошли, чего стоять, — буркнул Олег и первым шагнул к чёрной, бурлящей под дождем воде…
…Он уже привык к тому, что почти никогда не удается высохнуть. Но сейчас прибавился еще и холодный ветер с севера — и необходимость не двигаться.
Они едва успели перебраться через речку, когда местность словно вскипела. На покинутом берегу как из-под земли выросли хангары в количестве почти неприличном. А над вересковыми болотинами повисли барражирующие вельботы — на высоте в полтора десятка саженей. Чета, словно вспугнутые лемминги, забилась под ковер вереска, закутываясь в плащи, чтобы не выдать себя теплом.
Олег ощущал вину за свой выстрел. Он чувствовал в крошне бутылки пива, напоминавшие об этой мальчишеской глупости. Никто больше не напоминал ему об этом… да и вряд ли кто-то уже и помнил. Многие даже ухитрились уснуть. Во сне быстрее шло время, а есть хотелось меньше.
Действуя медленно и осторожно, Олег достал бутылку, открыл зубами, с неловкой улыбкой протянул Йерикке, лежавшему рядом:
— Говорят пиво — жидкий хлеб… давай?
— Давай, — Йерикка отхлебнул из горлышка, потом хлебнул Олег. Спросил:
— Богдан, будешь?
Богдан спал, положив голову на скрещенные руки. Он морщился — в нос лезла веточка вереска, а уснул мальчишка так крепко, что даже лень было ее отстранить.
Ребята добили бутылку, и Олег запрятал ее под вереск. Вельботы гудели и потрескивали, как высоковольтная линия, прямо над головам — если смотреть снизу, то их было хорошо видно сквозь веточки, и не верилось, что ОТТУДА, СВЕРХУ, не видят прячущихся.
— Ты читал Достоевского?
Вопрос был до такой степени странным, что Олег не прореагировал, и Йерикка повторил:
— Ты Достоевского читал?
— Н-нет, — удивленно ответил Олег, — только слышал кое-что, а так нет… Мы не проходили…
— Жаль, — вздохнул Йерикка. — Я хотел прочитать, но мне не попадался.
— Зачем он тебе? — поинтересовался Олег, вспомнив свои мысли о Достоевском — там, на сеновале, перед тем, как он убил… тьфу, полезло в голову!
— Просто так. Интересно узнавать новое… Человек только для этого и живет — узнавать новое. И в перспективе — узнать все.
— Это невозможно, — возразил Олег.
— НЕТ НИЧЕГО НЕВОЗМОЖНОГО, — внушительно произнес Йерикка. — Для человека — нет, если он человек. Может не хватить времени. Или сил. Но только в данный конкретныймомент. Надо просто выждать и пробовать еще раз. Обязательно получится. По этому данваны так нас и боятся. Нам бы еще век спокойного развития…
— А его не будет, — понимающе добавил Олег.
— Не будет, — подтвердил Йерикка. Помолчал и добавил: — Если только кто-то не найдет Радужную Дорогу.
— И тогда?.. — спросил Олег. Йерикка помолчал и ответил:
— Тогда мы уйдём. И вернемся. Обязательно! — заключил Йерикка с силой.
— Радужная Дорога… — повторил Олег. — А если это сказка?
— Сказка? — переспросил Йерикка. — А, басня! Вот, послушай…Вин пантас леуМежи свайгстанасАби эрдас антарас.По ана пантасЗиндас манагТуста ети,Под саулес антари…
Это из древней анласской песни, Вольг. В ней рассказывается, как охотники нашли Радужную Дорогу, преследуя зверя. И многие племена пожелали уйти в миры, где светят иные солнца — и ушли. И те, кто первое время возвращался, рассказывали, что есть миры с синими, зелеными, багровыми, лиловыми солнцами, и с двумя солнцами в небе… Потомлюди перестали возвращаться. Последними пришли славяне, но и они уже не помнили сперва, что Мир — это их старая родина… Нет, Вольг, они есть — Радужная Дорога и иные миры. Недаром и данваны так упорно ищут их! Но и они не знают, где Дороги. Кто говорит — в наших горах. Кто — в землях анласов. Многие убеждены — что на том материке, который лежит к юго-западу и на котором не были ни славяне, ни анласы…
— Слушай, — сказал Олег неожиданно тепло, — хороший ты парень, Эрик. Поговоришь с тобой — и вроде какая-то звездочка среди туч зажглась…
— Ну-у… — в голосе Йерикки скользнуло смущение.
— Мудрецы наши, — не очень вежливо окликнул Ревок, — может, заткнетесь псу под хвост-то?
— Боишься, на вельботах услышат? — вопросом ответил Йерикка. Ревок хмыкнул:
— Нет… Баете интересно да красно, уснуть не могу.
— А это, кстати, обнадеживает, — заметил Олег.
— А? — удивился Ревок.
— Да то, что мы можем говорить о таких вещах, как звезды.* * *
Снег повалил, как из дырявого мешка. Он почти мгновенно таял, добавляя слякоти. Но эта поднявшаяся не с пенька метель сослужила горцам хорошую службу — видимость сделалась такой классной, что вельботы нехотя убрались, и чета рванула к горам.
До гор были сутки пути. И надеяться, что снег будет лепить все сутки кряду, не стоило. Шли молча и по возможности быстро. Метель кружила так, что следовало внимательно смотреть, не ушел ли ты в сторону, и Олег, бездумно глядя в спину шагающего впереди Йерикки, вспоминал карту. Хорошо, что тут болотистые пустоши до самого Ан-Марья —меньше любопытных глаз…
Температура резко упала. По ощущению было не больше +8-10 градусов, изо ртов идущих вырывался парок, в котором таяли снежинки. Кое-где — у валунов, поднимающихся из вереска — намело уже небольшие сугробы, снег не таял. Точнее, не успевал таять.
— Что, зима начинается, что ли? — проворчал Олег. Йерикка повернул к нему до глаз закрытое плащом лицо. На коже таял снег.
— Скоро сойдет — устало сказал он, поправляя ремень «дегтярева» на плече. — Пусть хлещет, иди трудно, но и нас не засечешь.
— Метель в конце сентября, — Олег пнул кучу снега. Под ней оказался камень.
— На ровном месте лужа не стоит, — поучительно сказал Йерикка. Олег, скривившись, переспросил:
— А?
— Да так… Это еще когда я жил на юге… Ехали мы с отцовским водителем по дороге за городом. Я, конечно, за руль запросился, сел, погнал вовсю. Вижу — лужа, ну, пустил ее под колесо — ба-бах! Аж передком грохнулся! Нос разбил себе, кровь капает… А водитель посмотрел на меня спокойно так и говорит. — "Запомни, парень, на ровном месте лужа не стоит." Сколько философских книг прочитал, но такого афоризма не слышал!
— У твоего отца был свой водитель? — поинтересовался Олег. Йерикка наклонил голову:
— Был.
— А вот интересно, — коварно спросил Олег, — есть на свете что-то, по поводу чего у тебя не найдется слов?
— Конечно. Собственная смерть.
… - То и всё, — буркнул Гоймир. — Йой, вот не ко времени!
Олег его вполне понимал. Снег шёл всё реже с каждой секундой, а они торчали на полпути к горам, в середине пустошей.
— А бегом? — предложил Морок. Гоймир вдруг засмеялся: — Ты чего? — обиделся мальчик.
— Одно представил, как мы за полчаса-то восемь вёрст пробежим.
— Оно и сказать нельзя, — пробормотал Морок.
Снег прекратился. Выглянуло и пригрело яркое солнце. Олег переступил с ноги на ногу, потом спросил Йерикку:
— Почему снег под ногами так хрустит? — и сам пояснил: — Это у снежинок хребты ломаются.
Ему никто же ответил. Гоймир, похожий на волка, заслышавшего лай собак, озирался по сторонам. Наконец — махнул рукой так, словно рубил голову
— Под вереск!
— Я того слова ждал — что праздника…
— Одно — до чего лужа красовитая…
— Не занимать, то я застолбил…
Олег передёрнулся. Он был голоден и устал, как собака. Ложиться на мокрую, холодную землю, заползать под сыплющие капли вересковые стебли…
— Я не хочу! — вдруг истерично заорал кто-то. — Нет мочи больше! Идите вы!.. Убейте одно! Ну, убейте, устал я!
Мирослав с неузнаваемым, сумасшедшим лицом стоял и, зажмурившись, мотал головой, отталкивая руки Рвана и Краслава, пытавшихся его повалить. Тогда Йерикка, подскочив сзади, спокойно и точно рубанул психанувшего парня за ухом ребром ладони. Ноги Мирослава подломились, и он рухнул навзничь.
— Прикройте его, — бросил Йерикка. — Кому еще помочь?
Олег брякнулся на живот и пополз под вересковый ковер. Ну его к черту… Йерикка и Гоймир легли последними.
Солнце светило вовсю. От мокрых платой и одежды, пробиваясь через вересковые стебли, шел пар. Впрочем, поднимался он и от мокрых камней, и от раскисшей земли. Те, кто лежал на спине, могли видеть, как в воздухе кружат пустынники — небольшие ширококрылые птицы вересковых пустошей; на Земле не было таких.
Потом появились вельботы.* * *
Постепенно почти все погрузились в сон — тяжелый, тревожный, прерывистый сон, в котором они все равно слышали свист и треск над головами. Просыпались, прислушивались, засыпали вновь, ощущая одно — сырой холод. Сырой холод, пробирающий до костей.
Йерикка тоже просыпался и засыпал. Он был измотан больше остальных, потому что больше других от себя требовал. И он мог бы заставить себя уснуть, как следует. Но это значило — перестать контролировать обстановку.
Олег спал с ним голова к голове, и Йерикка мог созерцать грязное лицо землянина. По временам Олег открывал глаза и прислушивался, но, похоже, и в такие моменты не просыпался до конца.
Солнце ушло за тучи, и полил серый дождь. Вельботы продолжали барражировать, похожие на призраки.
— Им должно надоесть, — тихо пробормотал Йерикка. — Не могут же они вечно тут летать? Им ДОЛЖНО надоесть…
Ему показалось, что Гоймир, лежавший справа, что-то сказал. Йерикка повернул голову.
Гоймира трясло. Он лежал с закрытыми глазами, обхватив себя руками, и из-под век текли слезы. Губы юного князя шевелились — быстро и беззвучно.
Йерикка коснулся рукой плеча Гоймира:
— Ты что?
Странно, но тот сразу открыл глаза и повернул голову к Йерикке. Во взгляде усталость мешалась со слезами.
— Устал одно, — быстро сказал он. — Я тоже могу устать, — он отвернулся, но
продолжал говорить: — Идем, идем… идем день, сном — идем… и дождь! Он убить нас хочет. Все окоем нас убить хотят. В западню мы попали, нету мочи дальше тащиться. Грузно плечам, хребет трещит, я слышу, чую, Йерикка. Сломится часом хребет, и я в эту грязь свалюсь, и не схоронят меня — времени не сыщется… Отпустите меня, освободите… яумереть согласен, да пусть сразу, не хочу умирать день по дню, каплю за каплей… Не хочу одно часом мертвым проснуться…
— Гоймир, ты заговариваешься, — тихо, но резко сказал Йерикка. — Ты взрослый человек, ты знал, на что идешь, когда брал на себя груз взрослого человека!
На открывая глаз, Гоймир точным движением достал из кобуры ТТ, взвел большим пальнем округлый ребристый курок и приставил ствол к виску. Указательный выбрал холостой ход…
— Это просто трусливая увертка, князь.
Пистолет опустился.
— Ну да что, пойдем до конца, — совершенно спокойно ответил Гоймир.
ИНТЕРЛЮДИЯ:
"ОДЕРЖИМЫЙ"Над нам смеялся даже Тантал:— Опомнись, парень, перекури!Ты целый век эту глыбу толкал,присядь, любезный, хоть пот утри!— Да брось ты этот булыжник, брось! —в три пасти Цербер ему скулил.А он улыбку ему как костьшвырял, а сам все катил, катил…Не внял ни крикам, ни песням нимфбедняги окаменевший мозг.— Я камень свой докачу до звезд,пусть камень мне будет памятник!..…И пусть смеется, кто не катилтакого камня в своей судьбеназло пророчествам всех сивилл,назло советчикам и себе…1. Стихи М.Гаврюшина.* * *
Говорят, что самая страшная пытка — пытка огнем.
За эти тридцать часов Олег понял, что это ложь. Глупая ложь. Самая страшная пытка — пытка дождем. Когда ты лежишь в грязи и сжимаешься, ощущая каждой клеточкой тела все летящие сверху капли — когда они бьют по тебе. Прицельно и тяжело. Как пули… Когда слушаешь тихое, несмолкаемое "ш-ш-ш…" в веточках вереска. Такое тихое, что оно заглушает треск и посвистывание вельботов своей монотонностью… Когда чувствуешь, что сходишь с ума. Каждую длинную, как жизнь, секунду — сходишь с ума. И тихие разговоры товарищей превращаются в часть безумного бреда…
… - Встану. Нет ночи больше. Встану…
… - Боги, боги, да что ведь меня никто не убьет, убейте меня кто-нибудь…
…- Ног не чую, гляньте кто, у меня ноги есть?!.
Олег не дал сойти с ума Богдану. А сам не сошел с ума, потому что Йерикка разговаривал с ним, и Олег видел его спокойные глаза, слышал голос совсем рядом. Трудно было даже представить, чего стоило это спокойствие Йерикке…
…Они рассказывали друг другу о своей жизни, вспоминая все новые и новые истории. Слова помогали против безумия, дождя и голода — врагов более страшных, чем данваны. Олег подозревал, правда, что Йерикке не так интересны истории про Землю — похоже, он знал о ней достаточно много и, хотя Олег немало попутешествовал, немало и походил пешком, но он не видел Черных Мостов над рекой Ра, которую данваны назвали Калдс, не ходил по ночная гудящим улицам Крентаны — бывшего Чистополья, не пробирался по кишащим нечистью узким дорогам мертвых городов зоны санации, не купался в Зраке — невероятно прозрачном и холодном озере у отрогов Змеевых гор, не спускался в пещеры в тех горах, не охотился на туров с рогатиной, не стоял на знаменитых алых скалах Ос-губы… Мир для него был совершенно неизведанной планетой.
— Неужели ты правда не был на Земле? — спросил Олег напрямую. Йерикка кивнул:
— Не был.
И Олег рассказал саду о прошлогоднем походе, когда их группа чуть ли не месяц бродила по бесконечным Карельским лесам, пытаясь то пешком, то на байдарках пробиться,идя по протокам, вглубь болот, к загадочному Чертову Носу, про который местные жители рассказывали разные разности…
— Тогда мне это казалось приключением, — закончил Олег. — Глупо…
— Нет, — возразил Йерикка. — Это и было настоящее приключение… Они должны быть загадочными, немного опасными, веселыми… А то, что сейчас — это просто война… — казалось, он хотел еще что-то добавить, но вдруг прислушался и даже приподнялся на локтях: — Слышишь?!
Олег прислушался тоже:
— Нет.
— А ты? — спросил Йерикка Богдана. Тот ответил:
— Ничего.
— Именно, — и Йерикка выдохнул, словно сбросил с себя неимоверный груз.
Только теперь до Олега дошло. Повернувшись на бок, он посмотрел в пустое серое небо.* * *
Никаких бурных изъявлений радости не было. Кое-кто просто не смог встать. Те, кто встал, выглядели, как привидения. Многие замучились до такой степени, что успели помочиться под себя. Некоторые лежа ругались до тех пор, пока пришедшие в себя товарищи не бросились им помогать.
Йерикка тревожно озирался по сторонам, держа наготове пулемет. Олег, застегиваясь, спросил его:
— Ну что ещё-то плохого может случиться?
Вместо ответа Йерикка указал за его спину. Обернувшись, Олег пробормотал:
— Лучше бы я не спрашивал…
Вдали был виден идущий на них вездеход.
…Если кто-то и растерялся, то буквально на секунду. Вездеход был один. И он слишком тупо пер на горцев. Похоже, те, кто в нем сидел, ещё не сообразили, что к чему.
Однако, примерно за полверсты машина затормозила. Видно было, как, постояв на месте, вездеход развернулся и рванул прочь на полной скорости.
— Навьями клянусь, он уж вопит связью о радостной встрече, процедил сквозь зубы Гоймир. — Йой, везет, что утопленнику!
Оставалось лишь согласиться. Теперь враг точно знал, что горцы на пустошах. И, если даже не то что в вереск — под землю зарыться — это не поможет. Пришлют пехоту и перероют всё на сажень вглубь…
— В обрат я одно мертвым лягу, — Гостимир с отвращением пнул вереск.
— Так они твое желание часом исполнят, — пообещал Святомир. Йерикка прикрикнул:
— Хватит чушь пороть!
— Есть хочу, живот в конец подвело, — делился тем временем насущными переживаниями с Олегом Богдан. Олег поморщился:
— Мне тоже хочется… Гоймир, — окликнул он князя-воеводу, — побежим?
— Не стоять же столбом, — ответил тот и махнул рукой: — За небом смотреть в оба, и окоем! Накроют сверху — в стороны бежим и прячемся, как у кого сойдет. Всех-то не побьют.
Далеко впереди, у гор, завыл волк.
Горцы побежали на вой.* * *
Вельботы появились парой. Это были не тяжелые боевые машины, а разведчики — как тот, который однажды сбил Йерикка — вооруженные легким оружием. Очевидно, данваны решили, что против застигнутых на открытом месте усталых мальчишек хватит и этого.
Вельботы разделились влево-вправо, набрали высоту и пошли параллельно бегущим, простреливая пустоши сверкающими струями ливневых пулеметов. Ушли далеко к горам, потом — развернулись и ринулись уже навстречу, в лоб — было видно, как жутко вскипает мокрая земля, вспахиваемая вражеским огнем. Это кипение стремительно приближалось.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [ 25 ] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.