read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Понимаешь, — извиняющимся тоном объяснил Йерикка, — если я остановлюсь, то начну думать, а это опасно, можно додуматься до самых разных вещей…
— А я все-таки думаю, — признался Олег. — Если меня не будет… я бы хотел, чтобы… ну… чтобы у Бранки родился сын. Раньше я думал, что это чушь. Да и лет мне… А сейчасмне хочется, чтобы был… Как ты думаешь, вот по Верье… я же не ваш… но всё-таки… может так случиться, что моя душа, или как там у вас — в него?
Йерикка, серьезно притихший было, вдруг приглушенно засмеялся и, задыхаясь от этого сдерживаемого смеха, навалился на Олега и начал тузить его под ребра, приговаривая:
— Ах ты… ах, сопляк нахальный!.. У него вон какие мысли!.. Он вон о чем думает!..
Олег отпихивался, почти рассердившись сперва, но потом и его разобрал смех:
— Сам-то… То-то слышно, в весях жалуются, что девки рыжих в подоле приносят, а он мне тут о своей большой и светлой любви рассказывает! Или на деда позавидовал? Позавидовал, да?!
Проснувшийся Холод вызверился:
— Да будет на вас угомон?! Кой кулачный бой в ночь-полночь?! По смерть выспаться не дают!
— Отоспишься! — завопил Олег, но Йерикка придержал его:
— Спим, спим уже.
— Спим, — передразнил Холод. — Теперь-то…
— Я Морока видел, — вспомнил Олег, — с ним все в порядке.
— И то добро, — Холод зевнул, утопив в этом зевке еще какие-то слова.
Они снова устроилась с головами под плащами, пошуршали уже примятым вереском и, успокоившись, начали в самом деле засыпать…
…Облачность к утру сгустилась, и пролился короткий холодный дождь. За позициями горных стрелков начали разворачиваться прибывшие наконец-то орудия. Невыспавшиеся и злые артиллеристы на чем свет стоит кляли. погоду, начальство, врага, службу, самих себя, как это часто делают люди на войне.* * *
Холод поднялся первым. Это было вызвано просто-напросто непреодолимой необходимостью чисто физиологического свойства. Делать свои дела он начал в сторону врага….
…Потом Олег часто вспоминал, как это было. Раздался противный воющий звук. Олег посмотрел на Йерикку, силясь вспомнить, почему этот звук ему знаком… Йерикка побледнел, а потом — над камнями с треском встал черно-рыжий куст, и Холод, взмахнув руками, покатился по камням. Подальше встал еще один куст… послышался грохот… еще… еще…
Артиллерия противника начала обстрел.
— Холод! — заорал Йерикка, вскакивая. Они с Олегом подбежали к мальчишке, который сел на камнях. По лицу у него текла кровь — Холод разбил себе лоб, пока катился. Онслегка растерянно посмотрел на друзей, попытался подняться, сел снова, держась за живот. — Ты что?! — подбежавший Йерикка положил ладонь на плечо Холода. Тот удивленно сказал:
— Йерикка, лезут они. Наружу-то…
— Кто лезет, боги?! — сердито, но с облегчением спросил Йерикка.
А Олег уже понял, КТО, и почувствовал, как слабеют ноги, по спине струится мерзкий липкий пот, а во рту появляется отчетливый вкус медной ручки. Холод держал ладони уживота, а из-под них вылезали дымящиеся синевато-красные внутренности.
Йерикка тормошил Холода, а тот, извиняющеся улыбаясь, продолжал сидеть и придерживать живот. Пока Олег не сказал хрипло:
— Эрик, у него…
Йерикка все сразу понял. Отступив на шаг, он закусил губу:
— Йо-ойаа… — сказал он, словно это его ранили.
— То что?! — Холод вскочил, и внутренности ПЕРЕПЛЕСНУЛИСЬ через руки на камни. — Уух! — вскрикнул мальчик, падая на колени и… заталкивая внутренности обратно. —Братцы, — он поднял большие глаза на Йериккку и Олега, стоявших рядом, — в обрат-то они не лезут. Что они не лезут-то?
— Конец, — отчетливо сказал Йерикка.
— Нет, — неверяще и тихо ответил Холод, — не хочу я! — протестующе добавил он. — Что ж вы стоите?!
Снаряд разорвался неподалеку. Мальчишки упали, вдавились в камни, вздрагивая — их подбросило еще одним взрывом, совсем близким, щебень забарабанил по спинам. Олега обрызгало чем-то теплым, что-то со стуком упало рядом, покатилось… Не поднимаясь, Олег скосил глаза.
По камням, подскакивая, катилась голова Холода, показывая то русый затылок, то идеально ровный срез шеи — ало-белый, то оставшееся испуганно-удивленным лицо. Тело по-прежнему стояло на коленях, и из обрубка шеи невероятно красиво била кровь — буквально какие-то две секунды. Потом Холод… то, что было Холодом, упало. Олег лишь теперь сообразил, что его милосердно обезглавил снарядный осколок…
— Вставай скорее! — Йерикка рванул Олега за плечо.
— Что случилось? — Олег поднялся, еще ничего не понимая.
— Ты что, не понимаешь?! Они сейчас наступают за огнем, бежим!
— О! — до Олега дошел весь ужас ситуации. Он побежал за Йериккой, который на бегу схватил пулемет и, обдирая локти, грудь, колени и живот, грохнулся на камни, выдвигая вперед оружие.
Цепочки стрелков быстро перемещались по камням. До них оставалось шагов триста, не больше.
— Суки, — процедил Йерикка. Олег никогда еще не видел у него такого лица. — Ну, сейчас…
— Ого, их много! — Олег перехватил автомат, нажал на предохранитель, ставя его на автоматический огонь.
— Бей, не считай! — крикнул Йерикка и нажал спуск, словно душил врага своими руками. — Вот нам наша земля! Вот вам наша свобода! Вот вам наши города, вот вам наше небо, вот вам наши девчонки, вот, вот, вот! — он молниеносно сменял магазин, дернул рукоятку и продолжал стрелять. — Жрите бесплатно, вот вам пять хлебов, вот две рыбы, на всех хватит, да ещё и останется, стадо!
Олег присоединился к нему — расстояние было самое то для «калаша». Стрелки, рассыпавшись за камни продолжали двигаться, прикрывая друг друга огнем. Олег выпустил два осколочных тромблона, кто-то еще стрелял неподалеку, но врага это не останавливало уже, он рвался вперед…
Грохот «утёса» перекрыл пальбу обеих сторон. Видно было, как падают наступающие, бегут назад и тоже падают, как пули высекают искры и крошку из камней. Пулемёт бил, пока стрелки не оказались вне пределов досягаемости огня, оставив на камнях трупы.
— Я думал, не отобьёмся, — Олег не сразу попал направляющими тромблона в нарезы ствола и засмеялся: — Руки трясутся, прикинь?!
— У меня тоже мелькнула такая мыслишка, — нервно согласился Йерикка. — Вовремя проснулись пулеметчики!
Они разом вспомнили о Холоде и оглянулись. Его тело по-прежнему лежало на камнях.
— Что ж, повезло, — почти равнодушно сказал Йерикка. — От такой раны он бы не скоро умер, да еще и замучился бы…
— Морок сойдет с ума, — вздохнул Олег, — они ж душа в душу жили… Надо его отнести отсюда, пошли?
— Пошли, — Йерикка встал…
…В этом было что-то дико-сюрреалистическое. Йерикка и Олег несли под мышки и за ноги тело, на животе которого лежала голова, изумленно глядевшая на мир. Выглядело бы даже смешно… если бы не выглядело так страшно.
Следы обстрела были везде. В основном — выбитые в камне воронки, но в одном месте среди щебня, искрившегося свежеотбитыми краями, лежал невероятно обезображенный труп мальчишки — в дымящихся лохмотьях, разбитый. Олег смотреть не смог, а Йерикка подошел и сказал, что это Яромир. Взять его, конечно, было нельзя — оба решили, что вернутся позже или кого пришлют. В другом месте снаряд угодил в человека — от него остались ошметки мяса, костей и одежды, да клочья металла от оружия, но рядом стояли плакал Резан, суровый и решительный Резан — становилось ясно, что убит был его брат Данок.
— Похоже, нам досталось, — сказал Йерикка. Олег только сопел — говорить не имело смысла, все и так на виду…
…Места, где располагался штаб, Олег не узнал. Каменного козырька не было. Он лежал грудой глыб и щебня. Святомир и Ревок возились там, на разостланном плаще лежал… ЛЕЖАЛО ЧТО-ТО, на что Олег один раз глянул и больше не захотел смотреть. Гоймир сидел на том самом камне, где Олег его оставил и держал на весу разбитые, окровавленныеруки, которые бинтовал ему Хмур.
А Гостимир лежал рядом с расколотым фонариком. Видно было, что к нему даже не притрагивались, и это становилось понятно сразу. Осколок разворотил ему грудь вместе скольчугой, другой снес юному певцу левую сторону головы.
"Вот так, — бухнуло в голову Олегу. — Ну и что я скажу Бранке?"
Они опустили труп Холода наземь. Йерикка спросил угрюмо:
— Где Морок? Тут его брат…
— Мороку-то уж поровну, — ответил Святомир, выпрямляясь. Скула у него была разодрана, висел чёрный лоскут снизанной кожи. И тут до Олега дошло, что раздавленное, лежащее на плаще — это и есть Морок. Против своей воли он повернулся туда. Под горло подкатило — смотреть оказалось трудно даже для повоевавшего человека. Очевидно, на Морока упал обломок скалы, раздавив ему грудную клетку и живот — внутренности вылезли через рот и лопнувший пах, обломки ребер пропороли грудь, глаза были выкачены и налиты кровью.
Олег сделал несколько шагов в сторону и одним судорожным позывом вывернул желудок — вода и желчь, он уже давно не ел.
— Под скалой стоял, — говорил тем временем Гоймир. — В нее и угадало. Меня-то швырнуло, что куклу соломенную… опамятовался — Гостимир мёртвый уж, от Морока-то одно ноги с-под валуна… Я — откатить… — он посмотрел на свои руки, как на чужие. — Помогли… А как часом перед матерью их буду — только и жила она светом в окошке, Холодом да Мороком… Так уж меня бы, мне-то все одно — жить, умереть…
— Что ты несёшь?! — Йерикка встряхнул двоюродного брата за плечи. — Язык-то прикуси, придурок! Тебе командовать еще!
— Про что? — спросил Гоймир, глядя на него. — Не встанут они в атаку больше. Не поднимем рук — то и будут бить в нас, пока всех не похоронят. И все…
Йерикка отпустил Гоймира. Против сказанного трудно было возразить…
…Убитых положили в ряд на камнях. Обезглавленный и выпотрошенный Холод. Раздавленный Морок. Разбитый, обожженный Яромир. Немногое, что осталось от Данока. Гостимир со стёсанным лицом и вскрытой грудью.
И — Одрин. С торчащим из груди осколком, похожим на нож. Осколком, попавшим точно в сердце последнего из трех братьев…
Шесть человек унес обстрел. Больше, чем потеряла чета за все прошедшее время, и самое ужасное, самое непереносимое — что погибли они от метала, обидной и нелепой смертью — не увидев врага… Из тех, кто остался жив, несколько были ранены — к счастью, никто — тяжело. Но тяжело было другое — стоять рядом с трупами товарищей.
Ветер трепал плащи, шевелил волосы над повязками. Мальчишки стояли, потупившись, держа мечи концами к земле. И мало кого тревожили свои раны. Бывает, что чужая боль сильнее — даже если это боль тех, кто уже не ощущает ее сам.
— Неладно, что схоронить вас честью не сможем, — послышался голос Гоймира. — Но кажется мне, что вам неплохо будет лежаться тут, над морем… — у него явно перехватило горло, и Гоймир несколько секунд молчал, только шевелился в забинтованной руке меч — словно цель отыскивал. — Вы все своих лет не пожили на свете белом. Но все вы за родную землю головы сложили — и не скажут о вас ни единого недоброго слова, пока жив хоть единый человек из племени Рыси… А вы к нам будьте опять. Ждем мы вас извир-рая, не томите, станьте в племя снова, братья наши… — он повернулся к остальным и попросил:- Пойте уж, а я не сумею, горло…
Богдан шагнул вперед без раздумий. Конечно, далеко ему было до убитого Гостимира, но у него оказался звонкий светлый альт, и неплохо умел Богдан петь…Хвала тебе, Дажьбог Сварожич,Солнце пресветлое!И тебе хвала, Перун Сварожич,Гром Небесный!И остальные подхватили:— Хвала племени Сварогову:И вам, навьи-предки.И вам, люди-потомки,И всей Верье славянской —Хвала ныне и ввеки!Славны преданья веками стояли!Славная память славным героям.Павшим за Верью. за веру славянства —Славная память и ввеки, как часом!Труд их и подвиг,Вера, преданьяИ нашему братствуОдно окреп и защита!Станем же смело, как встарь вставалиПредки, нам жизнь сохранившие!Станем же смело, не устрашившисьЗависти, злобы, ков вражьих!Бури проходят — одно сияетЩит Дажьбожий, солнце славянства!..
"А ведь это и правда так, — подумал Олег. И с удивлением понял, что плачет. Но это не были слёзы страха или горя… Это были слезы странной гневной радости, от которой кровь быстрее бежала по жилам и тяжелели кулаки. — Ну убили они этих ребят. Ну убьют и нас. Войну им все равно не выиграть. А умирать страшно, когда знаешь, что ничего после тебя не останется…"
А десять голосов взвились и загремели над морским прибоем:Братья, знамя нашеПусть разовьется над нами —Жив дух славянский!* * *
На этот раз Гоймир приказал не стрелять в парламентеров. Молодой хобайн-офицер поднялся к позициям горцев один, оставив сопровождавшего с белым флагом внизу, и стоял под дулами автоматов открыто, поигрывая веточкой вереска. Он был светло-русый, настоящий славянин, мало чем отличающийся от самих горцев, но заброшенный на ТУ сторону — непримиримый враг…
Гоймир вышел ему навстречу и, остановившись в нескольких шагах, спросил:
— Что сказать хочешь?
— То же, что хотели сказать те, кого вы убили, — спокойно ответил хобайн. Сдавайтесь, или никто из вас не увидит следующего утра.
— Клянусь Дажьбогом, — Гоймир вскинул руку, — и вереском, который ты держишь в руке, что никто из нас не сложит оружия. И пусть будет, как будет.
— Мы не пожалеем снарядов, — пообещал хобайн. Но лицо Гоймира уже стало скучающим, он повернулся и зашагал вверх по склону, к своим, больше не удостоив врага ни единым взглядом или словом…
…День тянулся, как похоронная мелодия. Ветер улегся, тучи висели над морем и скалами, как раньше. Изредка постреливали со стороны врага, но даже попасть не старались. Орудия пока молчали.
Олег искал Йерикку, а нашел Богдана. Сидя со скрещенными ногами под прикрытием камня, мальчишка что-то старательно малевал взятыми у Одрина маркёрами на куске плаща. Рисовальщик из Богдана был так себе, но Олег различил оскаленную морду рыси…
— Что рисуешь? — поинтересовался землянин. Богдан, увлекшийся своим занятием до полной глухоты, смущенно вскинулся, но тут же доверчиво ответил:
— Стяг наш рисую. А то в бою тоскливо уж очень, разом ничего над собой не взметнуть…
Олег постоял, посмотрел. А потом зашагал по камням дальше — и почти тут же обнаружил Йерикку на берегу звонкого ручейка, проложившего себе путь в гранитном основании скал. Рыжий горец сидел, прислонившись спиной к камням и обхватив колени руками. Он разулся, поставив куты рядом, тут же стоял пулемет.
— Привет, — сказал Олег, присаживаясь на уже привычным жестом подстеленную полу плаща. Достал наган, начал крутить на пальце, как ковбой в вестерне. Йерикка сидел совершенно неподвижно, глядя перед собой остановившимися глазами. И Олег вдруг заметил, что он слушает СиДи плеер. — Что там стоит? — поинтересовался мальчишка, с размаху бросая револьвер в кобуру.
— У Ревка взял, — Иерикка протянул наушники Олегу.
Ни музыка, ни слова Олегу знакомы не были. Молодой голос пел пол гитару и отделенный стук барабана — отчаянно и печально:Это не игра.Вспомни, как вчераЭтим мальчикам был неведом страх?Автомат в руке,След от пули на виске —И последняя улыбка на губах…Я не говорю,Что бога нет,Но кто же знает,Для чего, смеясь жестоко,Нами он играет?!Я уверенВ том, что бог — шутник;Когда меня он примет —Я увижу,Как смеетсяОн над нами —Он все видит!Боже, дай ответ,Для чего в пятнадцать летТы назначил нам всех иллюзий крах?!Что ты скажешь нам,Когда завтра где-то тамМы увидимся с тобой на небесах?!.
— Что это? — спросил Олег, снимая наушники. Странно-безжалостный ритм, контрастировавший со словами песни, все еще звучал в ушах; Олег чувствовал нечто вроде легкого опьянения и в то же время — готовность кинуться в любую, саму проигрышную схватку. — Классная вещь.
— "Уличный полк", — пояснил Йерикка, — музыкальная группа, запрещенная данванами. А диск я тоже взял у Ревка… Знаешь, почему я ее слушаю?
— Догадываюсь, — Олег протянул наушники другу. — Ты думаешь, что сегодня ночью мы умрем. Верно?
Йерикка потер ногу о ногу и улыбнулся углом рта:
— Да нет… Не исключено, что мы еще поживем.
— Ты что-то придумал? — после короткого молчания спросил Олег, играя камешком, подобранным у ног.
— Придумал, — согласился Йерикка, — хотя не исключено, что это просто более быстрый путь к смерти. Потому я и слушаю эту песню…
— Ну, тоже неплохо, — ответил Олег. Мальчишки посмотрели друг на друга и засмеялись невеселым смехом, но от души.
По склону защёлкали камешки. Точным прыжком Гоймир преодолел сажень с лишком отвесной скалы и встал, прислонившись к ней плечом.
— Говорил ты, что на ум тебе что-то пришло? — с ходу взял он быка за рога.
— Да, — Йерикка провел ладонью по щеке.
— Рассказывай, — Гоймир поставил к ноге меч и положил забинтованную ладонь на узорчатое яблоко рукояти. — Хоть я и не вижу, что тут можно придумать-то?
Йерикка внимательно посмотрел на Гоймира, на его суровое, неулыбчивое лицо:
— А ты очень изменился, — медленно сказал рыжий горец. Гоймир повел плечом:
— Про что ты?
— Раньше ты не смотрел на веши так серьезно. Может, потому и опасности не были такими серьезными, а?
— На мой вид ЭТО дело насквозь серьезное, как ни верти, — возразил Гоймир. — Часом мы и услышим, как Желя наша кричит…
— Она охрипнет, прежде чем до нас докричится, — кощунственно ответил Йерикка.
— Да что тут выдумать можно?! — Гоймир пристукнул мечом о камень. — Нет чести — под обстрелом лечь. По-ночь выйдем из убежищ, окружим врага, да и бросимся с боевым кличем. Одно убьют нас, да и мы с собой много кого прихватим.
— Неплохо, — одобрил Олег, — а главное очень красиво. И глупо до невозможности.
— А то ли сказал кто что? — не глядя в его сторону, осведомился Гоймир.
— Вообще-то — совершенную правду кто-то сказал, — невозмутимо подтвердил Йерикка. — Такие вести следует приберегать на крайний случай.
— То — не край? — изумился искренне Гоймир.
— Ты очень догадлив… — Йерикка устроился удобнее. — Самое для нас опасное — орудия. Может быть — единственно опасное. Если их выведем из строя — а достаточно снять замки — дадим себе еще сколько-то времени.
Гоймир задумался. Может, он и изменился, но медленней соображать не стал.
— Прокрасться тайком кладешь?
— Да. Причем не дожидаясь ночи. Сейчас, пока они отдыхают и готовятся!
— Ну и кто пойдёт? — спросил Гоймир. Йерикка промолчал — неподалеку послышался звук кувикла, и — показалось — голос Гостимира; лишь через несколько мгновений стало ясно, что поет Мирослав…А как по скалам-то да по горам,Да ущельями хмурыми, тропами тайнымиУходил на бой молодой боец.Молодой боец, краса племени.Дома ждали его девятнадцать дней,Девятнадцать дней мать с невестою.А в двадцатый день спозараночкуВозвратилась рать-дружина с победою.Возвратилась с великой почестью.Только им-то ждать было некого…Как ним в дом пришли верные друзья,Принесли друзья меч обломленный,Принесли друзья весть погибельную,Принесли рубаху кровавую…Ой рыдает мать горше горького,И невеста, упав, убивается,Убивается да криком кричит,Кричит-кличет она друга милого:"Всем хорош ты был, всем удал да смел.Среди прочих бойцов — краше красного!А теперь лежишь во чужой земле,Ты один лежишь, смертью прибранный!Как ушел со двора — любовалась я,Любовалась я, глаз невмочь отвесть!Где ж теперь краса твоя писаная?Не косить тебе сена на лугах,Сына на руках не носить тебе!Не присесть за стол в нашей горнице,Дом не выстроить для своей семьи!Твой сломился меч пополам в бою —Так и наша жизнь переломана.Не войти тебе под родимый кров,Ну а мне — не жить уж без милого…
— Жребий покажет, — сказал наконец Йерикка.* * *
Йерикка, Олег, Рван, Хмур и Святомир — вот кого выбрал жребий… хотя идти желали все. Было уже около трех дня, но еще оставалось разработать план действий.
— Наступать напрямик, конечно же, безумие, — Йерикка, щурясь, окинул взглядом каменистые откосы, поросшие вереском. — Глупо думать, что ОНИ будут изображать убитого хангара из былины… Как бы мы ни ползли — нас обязательно засекут — дальше, ближе, раньше, позже — неважно… Собственно, я вижу лишь один путь.
— Йой, нет, — выдохнул Хмур.
— Йой, да, — невозмутимо ответил Йерикка, подбрасывая камешек и ударом ладони отправляя его в море.
— Поясните, — потребовал Олег, — не все понимают ваш тайный язык, а мне все-таки тоже интересно, я, как-никак, в этом собираюсь участвовать?
— Да все проще пареной репы, — широко улыбнулся Йерикка. — Мы спускаемся туда, — он показал через плечо большие пальцем на обрыв к морю.
— Йой, нет, — повторил Олег слова Хмура, чувствуя, как у него сжимается желудок.
— А то! — жизнерадостно подтвердил Рван. — Йерикка, коли я часом понял — так мы им с потылья вылезем по скалам?!
— Именно, — Йерикка смотрел на всех так, словно разработал и защитил диплом в МГУ.
Олег подошел к краю и, заглянув вниз, покачал головой:
— Есть такой комикс. Вы люди культурные, поэтому его не читали. А я цивилизованный — и читал. Он называется "Человек-паук".
— Может, тебя заменить? — подойдя, тихо спросил Йерикка. — Ты не стесняйся, там, — он указал вниз, — любая задержка смертельна для всех. Сам погибнешь и нас погубить.
— Спокойно, — заявил Олег, — все, что можете вы, я могу не хуже. Йерикка легонько толкнул его в плечо:
— Не валяй дурака, лучше подумай еще раз. Не о гордости, а о деле. Сам же смеялся над Гоймиром!
— Со мной все будет в порядке, — отрезал Олег, хотя, если честно, не был в этом уверен. Он даже подумал на миг, что надо бы и впрямь отказаться — для пользы дела! — но тут же упрямо вздернул подбородок: черта с два! Он не струсит и не отступит, и пусть это на самом деле лишь гордость — это ЕГО гордость!
Йерикка, кажется, еще что-то хотел сказать, но смолчал…
…К счастью, горцы были привычны к лазанью по скалам так же, как и горные козлы.
— Даже человек не может создать совершенно гладких стен, — поучал Йерикка, — уж куда старой дуре Природе! Пройти версту по скалам, да еще в виду кораблей — дело нелегкое, но выполнимое… Ну, пошли!
И подал пример, соскользнув вниз сразу на десяток саженей.
Кое-какой опыт у Олега все-таки имелся, и не только здесь приобретенный, поэтому он сумел, соскальзывая, погасить скорость толчком ног. Качнувшись «маятником», он перелетел туда, куда указывал Йерикка — а вниз уже скользили другие.
Представьте себе, что вы прыгаете с камня на камень над морем на высоте тридцатиэтажного дома. Причем — без страховки, да еще там, где, случается, ногу можно поставить лишь ребром! Олег ощущал себя скованным и неловким по сравнению с остальными мальчишками, которые, используя чеканы как ледорубы и альпенштоки, скакали с камня на камень точными, рассчитанными и красивыми движениями. Однажды он едва не сорвался и чуть ли не минуту отдыхал, стиснув зубы, обливаясь потом и влипнув телом в скалу. Автомат тянул назад, винтовка — вбок, и казалось, что заставить себя сдвинуться с места будет попросту невозможно, но мальчишка пересилил себя — не возвращаться же назад? Да и вернись — что за польза?
В целом-то Йерикка был прав. Скалы, казавшиеся сверху отвесными, вблизи отнюдь не были неприступны: куда поставить ногу, куда сунуть пальцы и за что захлестнуть веревку — всегда найдется… но это имеет очень мало общего с удобством и безопасностью.
Тем не менее, человеку, не имеющему определенной закалки, скала показалась бы совершенно неприступной… да она таковой и была для многих. Не исключено, что именно поэтому враг не так чтобы тщательно и охранял обрыв. Собственно, достаточно было кому-нибудь взглянуть вниз — и план Йерикки рухнул бы вместе с его исполнителями. Но нормальному человеку не придет в голову смотреть в бурное море с высоты в полтораста сажен.
Что такое верста? Ее можно пройти, не очень спеша, за двадцать минут. Но что такое верста, если не идешь, а ползешь по скалам? Это не двадцать минут. Это даже не час. Это — ЧАСЫ.
И на протяжении этих часов ты ползешь, цепляясь за выступы, выбоины и кустики разбитыми пальцами. Ползешь молча, стараясь даже дыхание сдерживать.
Когда лезешь по скале — нельзя смотреть ни вверх, ни вниз — только перед собой, иначе сорвешься от головокружения. Но Олег нет-нет, да и посматривал вверх — просто не мог удержаться, страшно было подумать, что можно пропустить момент, когда на тебя посмотрят враги… Чуть выше его карабкался Хмур, сразу за ним — Йерикка с пулеметом за плечами. Именно потому, что посматривал Олег вверх, он и увидел то, что потом часто приходило в снах…
Хмур потерял равновесие.
Олег не понял, как это слоилось — то ли горец слишком далеко отклонился от спасительной скалы, то ли неудачно вцепился пальцами… Но только он начал страшно медленно клониться назад. Левая рука описала в воздухе круг, правая царапнула по скале, потом ударила по пальцам протянутой ладони Йерикки — с перекошенным лицом тот, извернувшись, тянулся к Хмуру. Тело мальчишки все дальше и дальше клонилось в пропасть; ноги оторвались от скалы.
Очевидно, даже в эту секунду Хмур не потерял самообладания. Он оттолкнулся изо всех сил — чтобы упасть не на скалы, а в воду. Тогда еще оставался шанс. Мизерный, но шанс.
Олег вжался в скалу, глядя через плечо и постанывая от ужаса. Хмур пролетел мимо молча — как камень, раскинув руки и ноги, волосы развеваются вокруг лица. Олег видел, как он начал переворачиваться, стремясь войти в воду отвесно…
…и головой ударился в скалу.
Его подбросило вверх, как не батуде. Только скала не была пружинистой сеткой. Хмур взлетел по дуге, мотнув руками и ногами, как манекен. Снова рухнул на скалы, уже ниже. Снова взлетел по дуге, но уже не так высоко. И с маху рухнул во вскипевшую волну, прямо в ее пенный гребень…
— Ы-ы-ы… — горлом, еле слышно прокричал Олег. И услышал хриплый шепот Йерикки:
— Молчи. Лезем дальше.
Олег понял, что не сможет оторваться от скалы, даже если от этого будут зависеть судьбы мира. И как раз когда он это осознал, до него вновь донеслись слова Йерикки — голос был сиплым от злости:
— Вольг, — Олег повернулся и увидел дуло «парабеллума» в сажени от своего лба, — или ты лезешь дальше, или я прострелю тебе голову и отправлю к Хмуру. По счету три.Раз…
Олега сдвинул с места не страх, а стыд. Стыд за то, что его другу приходится грозить ему пистолетом. Он кивнул и перебрался на другой уступ.
…Наверху послышались голоса. По камням стучали шаги. Горцы перебирались через "линию фронта", и над их головами были враги.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 [ 35 ] 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.